четверг, 31 октября 2013 г.

Элитный некрополь Ново-Тихвинского монастыря

Кладбища Екатеринбурга

НЕКОТОРЫЕ ИТОГИ ИССЛЕДОВАНИЙ СТАРЫХ ПОГОСТОВ ЕКАТЕРИНБУРГА

Сергей Погорелов
зам. начальника Отдела археологических исследований ОГУК «Научно-производственный центр по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области».


В 1998 г. в Научно-производственном центре по охране и использованию памятников истории и культуры Свердловской области было сформировано второе подразделение Отдела археологиче­ских исследований. В его функции входило обследование 15 городов Свердловской области, имеющих статус исторических: Верхотурье, Туринск, Ирбит, Камышлов, Невьянск, Каменск-Уральский, Алапаевск, Екатеринбург и др. Ряд законодательных актов об исторических городах, и в частности Постановление «О новом списке исторических населённых мест РСФСР», на уровне Коллегии Министерства культуры и Госстроя России, ЦС ВООПИиК и других государственных органов, были приняты уже к 1990 г. Последнее уточняло требования Федерального закона «Об охране памятников истории и культуры» (1978 г., ред. 1985 г.) в сфере регулирования отношений в части охраны памятников в исторических поселениях. Любые природопреобразующие работы (земляные, строительные, мелиоративные и прочие) должны предваряться обязательными археологическими исследованиями и, соответственно, согласовываться с госорганом охраны памятников. НПЦ в те годы являлся официальным органом охраны памятников, что позволило энтузиазм сотрудников поддержать законодательными правами. К сожалению, в последние годы ситуация в корне изменилась к худшему.

Особой, если не сказать специфической, категорией памятников являются места человеческих погребений. Любое живое историче­ское поселение имело своё потустороннее продолжение — «город мёртвых», некрополь. Пока не менялось население, сохранялась культура, такие объекты считались святыми, духовными. Могилы родственников, предков, единоверцев определяли понятия отеческой земли, народного духа, вековой преемственности. Исторический эксперимент по смене формации, идеологии и прочего, охвативший Россию с октября 1917 года, привёл к последствиям, равным понятию внутреннего завоевания. Те же народы, на той же земле стали уничтожать всё почти «до основания, а затем» строить «новую» жизнь. Досталось и некрополям. Как иноземные агрессоры, народ осквернял, грабил, уничтожал могилы предков, использовал на стройматериалы надгробные и именные памятники. Новые законы позволяли сносить даже современные кладбища фактически сразу после их закрытия. «Любовь к отеческим гробам» сменилась ненавистью, забвением своего, в том числе и заслуженного, героического, прошлого. Развитой социализм, возрождающиеся культура и наука всё же позволили новому интернациональному государству сохранить местами то, что не уничтожили в первые десятилетия становления.

К началу 1990-х годов мы даже успели признать международные Конвенции об охране архитектурного и археологического наследия. Но затем произошёл обвал, и, вместо сохранения истории и развития культуры, пришло время преступного мутационного извращённого капитализма. За последние 20 лет мы уничтожили почти половину всех исторических, архитектурных и, немалую часть, археологических памятников (о природных и прочем – другая история). Но беспредельный демократизм 1990-х и начала нулевых годов всё же позволили провести ряд охранно-спасательных научных исследований, привлечь внимание граждан, ещё не потерявших окончательно веру хоть в какую-то духовность, культуру, нравственность и… интереса к судьбе некрополей. Вероятно, определённую роль в формировании этого отношения играет и подсознательное влияние вида самих могил и скелетированных останков на психику любого человека — ведь это будущее всех живущих, и тех, кому на горизонте виднелось светлое будущее, и тех, кто в нём, золочёном, уже живёт. Немало сил к одухотворению «темы» приложила возрождающаяся Русская Православная Церковь (РПЦ). Фактически «огосударственная» религия ещё не возвратила свой контроль за погребальным делом окончательно, но свою нишу «потустороннего» бизнеса уже заняла. Поиск и восстановление могил священнослужителей, и, в первую очередь, канонизированных, приобрели всероссийский масштаб. Священные службы отпеваний в храмах сменяют сухое безразличие бюрократического прощания спецкомбинатов и крематориев.

Перед началом перечисления наших работ в Екатеринбурге отметим, что они всегда были именно аварийные, охранно-спасательные, законодательные и, к сожалению, не плановые, заказанные государством. Исследовали мы и некрополи таких городов, как Верхотурье, Туринск, Ирбит, Невьянск, Каменск-Уральский, Ревда. Проводились они чаще не благодаря, а вопреки той бескультурной и беззаконной ситуации, которая преобладает сейчас, к сожалению, во всей стране.

В 2002 г. управление благоустройством г. Екатеринбурга на зелёной полосе ул. К. Либкнехта уничтожило 80 погребений Заречного кладбища XVIII в. ― это первый некрополь Екатеринбургской крепости. Погребён там был и первый управляющий первого Исетского железоделательного завода («Плотинка»). После этого акта вандализма на глазах у всех горожан они не то что памятной таблички не поставили, но и пытались засудить историков-археологов, обвиняя их в том, что они «мешают развитию города» (собственными силами учёных удалось изучить и сохранить информацию и артефакты только 14 погребений).

В следующие годы разные организации за частные и бюджетные деньги разрушили ряд некрополей:

1) часть сохранившегося первого Богоявленского кладбища XVIII в. в квартале пр. Ленина ― ул. Вайнера ― ул. Урицкого. Археологи смогли в зимний период изучить и сохранить информацию только о 12 погребениях;

2) часть Католических и Лютеранских участков второго Немецкого некрополя XIX в. на ул. Блюхера. Удалось защитить Еврейский участок и провести научные исследования на прилегающем участке советских подзахоронений 1920–1950-х гг., уже разрушенных в 1975–1976 гг., после чего официально перезахоронить собранные останки более чем 300 человек. Найденные в специальных котлованах 1970-х гг. разбитые надгробия передали для памятной установки на Михайловское кладбище;

3) часть захоронений у алтаря первой церкви Явления Господня Екатеринбургской крепости (площадь им. 1905 года). Благодаря оперативной работе учёных и поддержке Екатеринбургской епархии были изучены и до сих пор хранятся останки 50 человек (вопросы о достойном захоронении и дальнейшем изучении погребений на центральной площади города с 2008 г. так и не решены);

4) с 2008 г. и по настоящий момент уничтожается большая часть первого старообрядческого Рязановского кладбища по улицам Тверитина ― Луначарского ― Большакова. Это знаменитый некрополь нашего города, сопоставимый по исторической значимости, например, с Новодевичьим для Москвы. Все слышали, что история и слава Екатеринбурга не только в XVIII, но и в XIX веках во многом связана с деятельностью известных старообрядческих родов, основавшихся на Урале. Один из них ― Рязановы, купцы, промышленники государственные деятели. Их представители за два первых века истории города 7 раз избирались городскими Головами (мэрами). Они построили много красивых зданий, а также городскую больницу и обустроили место под некрополь. Именно на нём и погребены Рязановы, Расторгуевы, Зотовы, Харитоновы, Казанцевы и другие представители именитых родов;

5) городское кладбище Зелёная роща по улицам Шейнкмана ― Народной воли застраивается…

Разрушили часть могил на месте первой церкви и собора Св. Екатерины Екатеринбургской крепости и т.д. …

Отметим нахождение отдельных захоронений и в других местах исторического центра Екатеринбурга: ул. Воеводина, пер. Университетский, ул. Ст. Разина и др. Единственным «чудесным» и культурно-законодательным явилось «обретение мощей» (ул. Малышева ― ул. 8-го Марта) ― могилы знаменитого и уважаемого кавалера многих церковных и государственных орденов и иных наград, настоятеля храмов Большого и Малого Златоуста (Максимилиановского и Святодуховного), попечителя духовных учебных заведений, депутата Государственной Думы, митрофорного протоиерея Ивана Денисовича Знаменского (умер в 1910 г.) и под ним могилы татищевско-геннинского работника начала XVIII в.

Самыми яркими стали научные исследования, проведённые с 2002 по 2010 гг. на месте элитного некрополя Ново-Тихвинского женского монастыря. О нём расскажем подробнее.

Ново-Тихвинский монастырь
В связи с расширением жилой застройки, включившей в себя площади старых кладбищ начала XVIII в., и с ускоренной постройкой Большой Екатеринбургской крепости, связанной с войной против крестьянской армии Пугачёва в 1770-е годы, были выделены новые земли для погребений. Одно из них ― справа от Уктусской дороги, к югу от Екатеринбурга. Вскоре, в 1782 г., на месте новых погребений была возведена кладбищенская деревянная церковь Успения Божией Матери. В 1796 г. при действующем погосте возникла богадельня, преобразованная в 1799 г. в женскую общину. В 1809 г. Священным Синодом был утверждён Екатеринбургский горный Ново-Тихвинский женский монастырь 3-го класса, с 1822 г. ставший первоклассным. Развивающийся монастырь частично застроил Успенское кладбище, но одновременно стали оформляться и новые участки: один ― за монастырской крепостной стеной, другой – в его северо-западной части и у новостроящейся церкви (1814–1832 гг.), а затем и у собора Св. Благоверного князя Александра Невского (с 1838–1852 гг. по сей день). Внешнее это пространство осталось общегородским кладбищем (Зелёная роща), а внутреннее, по сути, стало элитным некрополем.

Монастырские захоронения опоясывают Александроневский храм с запада, севера и востока и незначительно с юга, но в большей массе они расположены в северо-западной части комплекса. Предполагается, что последнее погребение совершено до 1925 г. К 1930 г. монастырь закрыли, по некоторым данным, в 1932 г. сожгли церковные архивы и священные книги, вероятно, со всеми данными по некрополю и погребённым. В отличие от частично сохранившихся Ивановского и Михайловского кладбищ, это было снесено с поверхности земли, осквернено и разрушено коммуникациями (кабели, водо- и теплотрассы, ливнёвки), разными постройками (барак, ангар).

Панорама Ново-Тихвинского монастыря
Последние надземные памятники и их фундаменты были уничтожены в 1948–1950 гг. Часть каменных памятников пошла на строительство фундаментов и дорог, железные и чугунные детали ― на металлолом. Воинские учебные подразделения, обосновавшиеся в монастыре, выкопали ряд мусорных котлованов, закопали в погребальную землю две большие цистерны для ГСМ, поставили ангары с вырытыми смотровыми ямами для машин. Затем эстафету принял военный госпиталь. Большая часть некрополя попала под строительство городской дачи штаба Уральского военного округа, получившей в дальнейшем название «дачи Жукова». Разрушая могилы, место застраивали, последняя усадьба с мраморной парадной лестницей и сауна были построены нашими генералами в 2003–2004 гг. По «оперативным» данным, осквернено 25 могил (инспекторов по охране памятников военные не пустили на территорию «боевого» объекта). Заметим, что, по сообщению старых служащих, в былые годы находили цинковые гробы-саркофаги. С этим соотносится информация известного историка-краеведа В.К.Некрасова о том, что в этой части некрополя был участок могил участников-героев войны 1812–1815 гг., а также подземный склеп Турчаниновых–Соломирских с цинковыми саркофагами, на которых были бронзовые украшения.

После 1991 г. территория от надвратной церкви, собора Св. Александра Невского и до сохранившейся западной монастырской стены была «отвоёвана» православными у Свердловского областного краеведческого музея, на ней восстановили монастырскую общину (в их владение перешёл и скит на оз. Шарташ, и комплекс на Елизавете). Сёстры возрождающегося монастыря нуждались в территориях и зданиях, но места было мало. Госпиталь остался на своём месте, как и «дачи» генералитета. Тогда был разработан проект строительства рядом с собором новых грандиозных культово-бытовых зданий. Нам удалось вовремя привлечь внимание сестёр к проблеме строительства на месте христианских могил, тогда и было принято решение о поисках, выявлении, изучении сохранившихся погребений и перезахоронении в них погребённых. Отметим, что уже были завезены стройматериалы, в том числе и три миллиона кирпичей.

В процессе многолетних изысканий были обследованы участки к западу и частично к востоку от собора. Могилы вдоль бетонного забора «дач», с севера и северо-востока от храма и вдалеке от алтаря (к востоку) остались в земле. Найденные в первые годы останки были временно перезахоронены на монастырском участке современного Лесного кладбища, часть же находится в процессе исследования. Бывший архиерей, архиепископ Екатеринбургский и Верхотурский Викентий официально заявил, что исторические захоронения будут восстановлены в монастыре (письмо в НПЦ от Екатеринбургской епархии № 352 от 19 июня 2007 г.). Сёстры заверили, что будет построена памятная часовня на территории монастыря, где и будут перезахоронены найденные останки. При этом если удастся восстановить имена усопших, их пропишут на памятных табличках. Но средств на исследования, строительство и перезахоронения пока нет.

В процессе поисков выявлено и исследовано 126 частично сохранившихся погребений с западной стороны от собора и 69 ― с восточной и юго-восточной стороны, а также собраны разрозненные останки из полностью разрушенных могил от более чем десяти скелетов. Удалось также собрать информацию о нескольких погребениях Успенского кладбища XVIII в., но это отдельная проблемная тема.

Рассмотрим в основном материалы западной стороны. Погребения ориентированы традиционно ― головой на запад, расположены ровными рядами, линиями север-юг. Количество рядов с запада 10 и ещё 2 ― ближе к архиерейскому входу храма (монашеские). С восточной стороны определяются более 10 рядов (9 изучены). Наблюдается парность и сгруппированность некоторых могил, это, вероятно, отражает семейные связи усопших. Выявлены ведомственные, клерикальные и родовые участки, ранее каждый из них был окружён металлической оградой на каменных фундаментах. С запада участок погребения сестёр монастыря отделён от светских могил дорогой. С востока определены площадки погребений семьи главного почтмейстера, родственников Д.Н.Мамина-Сибиряка, горного ведомства, разночинных священнослужителей, семьи горного начальника И.Фелькнера, участок высших чиновников, в том числе с членами семьи (например, М.А.Нурова), отдельное погребение «мэра» А.А.Черкасова и иеромонаха с младенцем. Отметим, младенческие захоронения присутствуют, в основном, в виде подзахоронений к взрослым (родственникам?), в разных ситуациях их количество достигает иногда до семи могилок над взрослым.

Надгробные памятники, среди которых было много высокохудожественных произведений прикладного камнерезного, литейного и кузнечного искусства, сохранились с западной стороны только над могилой В.И.Ильина, а с восточной ― над тремя представителями семьи И.Фелькнера. Такая ситуация стала возможной благодаря типу этих памятников – плоской памятной плите, лежащей горизонтально на земле. Кроме них, в слое мусора над погребальной почвой было найдено множество обломков постаментов и деталей памятников из камня и металла. Хорошо различаются фрагменты классических и орнаментированных колонн, крестов, растительных и геометрических орнаментов, скульптур. Из железа преобладают обломки фигурных оград, но есть и части памятников ― например, крестов каслинского производства.

Восточные ворота монастыря
Фундаментов под памятники сохранилось незначительно больше, чем надгробий. Выделено несколько типов. Первый ― большие тёсаные гранитные плиты размером 1 х 2 или 1,5 х 1,5 м, толщиной до 0,25 м. Второй ― площадки из одного до семи рядов гранитных блоков, тёсанных с внешней стороны и скреплённых известковым раствором с заполнением промежутков мелкими камнями и битым кирпичом. Их размеры достигают, например, 1,8 х 1,8 или 1,5 х 1,5 м, а толщиной от 0,35 м (один ряд). Третий тип надгробий представляют три мраморные плиты разных размеров, положенные друг на дружку в виде ступенчатой пирамиды. Средние размеры нижней плиты ― 1,5 х 1,5 м, верхней ― менее 1 х 1 м, толщина плит ― до 0,15 м. Заметим, что большая часть площадок частично разрушена.

Типы оформления могил разнообразны. Простейшая ― грунтовая. Вторая ― яма, перекрытая вдоль досками, своеобразный дощато-земляной «склеп». Третий ― торцевые стенки выложены кирпичом, и уже на них ложатся вдоль доски. Четвёртый вариант ― склеп выложен полностью кирпичом, т.е. все четыре стены, и также закрыт досками. Пятый ― кирпичный, но перекрытый гранитными плитами или железными листами (редко). К деталям можно отнести выкладку пола кирпичом, каменной плиткой или заливку известковым раствором, кладку стен на растворе, побелку склепа изнутри. Кладка чаще в полкирпича, но есть варианты кладки кирпичей, положенных на бок, поставленных на «попа» и очень редко толщиной в кирпич. Количество плит перекрытий колеблется от двух до четырёх. Их размеры колеблются от небольших, например, 0,5 х 0,2 м, до больших ― 1,5 х 1,5 м. Качество обработки гранитных плит различно ― от почти ровных и четырёхугольных до бесформенных, разной толщины ― от 0,03 до 0,2 м. «Швы», щели между ними могли закладывать кирпичами, мелкими камнями, остатками кровельного железа, заливать раствором.

Как исключение, выявлено два больших склепа, выложенных на растворе колотыми подтесанными гранитными блоками. В плане формы склепы прямоугольные или подтрапециевидные, размерами незначительно больше самих домовин. Выявлено несколько могил, глиняные стенки которых были «обожжены» до состояния очень плохой керамики. Возможно, это следы зимнего строительства с отогреванием почвы, а может и следствие целенаправленного технологического процесса по укреплению стенок могилы. Единична находка полностью деревянного склепа.

Сами усопшие покоятся в деревянных гробах, единичны случаи дополнительной «упаковки» в цинковый гроб и укладки гроба в просмолённый ящик. Объясняется это ситуацией перевозки усопшего из «дальних» мест на малую родину. Также найдено всего одно погребение в бревенчатой колоде ― предположительно, матери или жены известного екатеринбуржца
М.А.Нурова.

Домовины можно подразделить на простые из плоских ровных досок и «фигурные» из резных профилированных досок, иногда имеющих дополнительные детали, например, накладку полубревна на верхнюю крышку в погребении титулярного советника лесного ведомства (по версии В.К.Некрасова). На одной крышке зафиксировано укрепление дополнительной дощечки, покрытой стеклом, под которым находился бумажный лист с молитвой. Сами гробовища в основном трапециевидной формы с наклонными боковыми стенками, значительно реже ― прямоугольные с прямыми стенками («ящики»).

Кладбище на территории Ново-Тихвинского женского 
монастыря. На фото элитный участок к северу от собора 
Александра Невского. Сейчас на этой территории 
«санаторий-профилакторий» командного состава 
Фигурные изделия почти всегда украшены. Некоторые раскрашены белой или синей краской, а золотой (жёлтой) прорисованы символы. Большинство обтянуты тканью и украшены, как и расписные, изображениями христианских символов ― копья и посоха на бортах и восьмиконечного креста на Голгофе сверху. Изображения изготовлены из медной позолоченной или серебрёной орнаментированной тесьмы (ширина 2–4 см), из картона с прессованным изображением, из жести или медной тонкой прессованной или чеканной фольги и также из вырезанных деревянных накладок (редко). Тесьма всегда закреплена по линиям граней гроба. На углах некоторых подвешивались кисти (четыре), изготовленные из точёных деревянных фигурных пирамидок, часто с применением бумаги, обтянутых медной золочёной тонкой тесьмой. Сами кисточки представляют собой кручёные витиеватые спирали из такой же нити, что и тесьма. Аналогичные спирали можно видеть на офицерских эполетах того времени. Исключение ― гроб, украшенный восемью кистями. Отметим, что домовины более высоких по социальному статусу людей обтянуты бархатом красного, сине-фиолетового и коричневато-чёрного оттенков. Обнаружено единственное гробовище, обклеенное обоями с растительным орнаментом. Большая часть изделий имели четыре ножки, остальные ― 2–3 в широкой и 1 в узкой части. Ножки изготовлены на станке или ручной вырезки, выделено 3 вида: 2 похожи на мебельные ножки (дисково-пирамидальные), резные напоминают пни деревьев с корнями, опускающимися вниз. Простые гробы делались без ножек и устанавливались на деревянных досках-брусках и иногда ― кирпичах.

Более дорогие изделия имели по 2 и редко по 3 боковых ручки с каждой стороны, для переноски. В отдельных случаях зафиксированы ручки с торцов. Более ранние изготовлены из кованого железа, овальные и полукруглые по форме и сечению, по типу напоминают ручки сундуков, т.е. при поднимании отогнутые выступы на противоположной стороне не давали ручке провернуться и зажать кисть руки. Определено 5 типов.

Ко второму виду можно отнести бронзовые полуовальные по форме и сечению ручки с упором, как и у железных. Их внешняя поверхность отполирована, возможно, была позолота или серебрение. На редких экземплярах есть накладные с прессованным орнаментом медные пластины, также золочёные или серебрёные. Всего определено 4 типа бронзовых ручек.

Выявлены металлические ручки подпрямоугольных форм, подобные дверным или мебельным, нескладывающиеся. Они по основе покрыты слоем алебастра (гипса?) и покрашены золотой или серебряной краской.

Исключение ― ручки от мебели (комод?), прикрученные шурупами. Можно предположить, что такие неадекватные оформления домовин, как оклейка обоями или мебельными ручками и прочее, могут относиться к военно-революционному времени начала ХХ века.

К редким деталям оформления надо отнести крючки, которые были прикреплены к гробам для опускания изделий в могилу, или соединение двух половин гробовища не деревянными, коваными или тянутыми гвоздями, а винтами, верхняя часть которых представляла собой оловянный крест.

На гробах и внутри них встречались остатки венков, натуральных и искусственных букетов, изготовленных с употреблением железной и медной проволоки, ткани и фарфора. Найдены отдельные натуральные цветки, пальмовые, еловые, пихтовые, сосновые, вересковые ветви. Зафиксированы «дары» в виде куриного яйца и фрукта (?). Хвойными ветками иногда выкладывали дно могилы. Внутри гробы выстилались сосновой стружкой, реже хвоей и листьями, в основном берёзы. Стружкой и листьями набивали погребальные тканевые подушки, часто обшитые металлизированной тесьмой по канту и крестом через середину. Вместо подушки могли использовать связку берёзовых ветвей с листьями без обшивки. Покрывало обычно состояло из двух слоёв, плотного и сетчатого.

Для примера приведём половозрастной состав погребённых на участке к западу от собора Св. Александра Невского. Из 126 обнаруженных частично сохранившихся погребений к мужским относятся 33 (20 чиновники, 13 граждан­ские), к женским ― 39, к детским ― 11 (8 девочки, 3(?) мальчики), к младенческим ― 16, к служителям церкви ― 27 (1 ― мужское, священнослужитель, 1 ― женское, старообрядка, 25 ― женских, монахини и послушницы монастыря). Большая часть мужчин погребены в военизированных чиновничьих суконных мундирах, относящихся к ведомствам: горному, юстиции, народного образования, полиции, общегосударственных дел. Остальные ― в гражданских костюмах.

Отметим, что из 10 мужчин, носивших бороду и усы, 6 ― гражданские лица и только 4 ― чиновники «среднего ведомственного состава» (уровень капитана ― майора). Мужчины «высшего состава» (от майора до генерала) начисто выбриты, как и большая часть низших чинов (до капитана). Мужчины были обуты в сапоги разного исполнения (лишь одни с тканевыми голенищами) или в кожаные тапки-туфли, некоторые из них имели шнуровку. Часть тапок, вероятно, являлись погребальными.

На женщинах и детях одежда фактически не сохранилась, вследствие использования хлопчатобумажных и иных лёгких тканей. Найдены только фрагменты атласных, шёлковых тканей и сетчатых кружев (шерсть?). Среди обуви отмечены туфли, ботинки, полусапожки, тапки. Заметим, что из светских погребений 14 женщин носили по две косы, при этом удалось определить у 7 ― они уложены на затылке, у 5 ― наверху, надо лбом (в том числе и у старообрядки). Также найдены скальпы: с распущенными волосами ― 2, с шиньоном ― 1, со скрученной косой («шишка») ― 1.

К сопровождающим погребённых вещам относятся стеклянные сосуды. Всего выделено 7 типов изделий. Предметы обнаружены в 48 могилах, и в одной ― пробка от сосуда. Это свидетельствует о том, что случаи с положением сосудов в гроб не превышали и половины от числа погребённых. Зафиксировано 41 изделие, установленное над правым плечом усопшего, как исключение ― располагали над левым плечом, у правого предплечья, у правого предплечья за гробом, у правого бедра, между бёдер ближе к коленям, между коленями, между голенями.

Сосуды представляют собой большей частью цилиндрические сыродутные бутылочки прозрачного и светло-зелёного стекла (середина XIX в.). Несколько реже использованы литые (со швом) сосуды, овальные в поперечном сечении, с покатыми плечиками и рельефными арочками на больших плоскостях, там обычно приклеивали этикетки (конец XIX ― начало ХХ вв.). Эти изделия относятся к аптечной посуде, в них помещали лекарства, химикаты, возможно, парфюмерные вещества (сосуд с точёной стеклянной пробкой). На одной частично сохранившейся этикетке читается «Екатеринбург­ская аптека», на другой ― «…аторіи». Часть сосудов оригинальны, например, тонкостенные цилиндрические, похожие на уменьшенные копии винных бутылок с высоким узким горлышком. Интересна плоская подпрямоугольная бутылка с рельефным изображением распятого Христа, с надписью на обратной стороне: «Святая вода, освященная крестом Господня».

В нескольких сосудах, чаще открытых, но с находящимися рядом пробками (пробковая кора), сохранилась маслянистая масса белого и жёлтого оттенков. Вероятно, остающееся после отпевания елейное масло в сосудах ставили в гроб к усопшим.

К необычным находкам, обнаруженным в погребениях, можно отнести монеты. По одной монете лежало на дне двух гробов в средней и узкой их частях, в одежде ― у третьего погребённого. По две монеты найдено в двух гробах: в одном ― у правого плеча, в другом ― у левого. Первые одиночные монеты достоинством, вероятно, 2 копейки имеют вензель императора Николая I и дату 1853 г. (одна), третья ― полушка 1845 г. (?). Одна пара монет ― также достоинством в 2 копейки тех же времён, вторая пара ― с датами 1875 г. и достоинством в 15 копеек каждая. Мелкие монеты ― медные, 15-копеечные ― серебряные. К отдельным находкам, найденным в гробах, относятся кирпич в одежде усопшего, в другом случае ― деревянный колышек.

Индивидуальными предметами являются нательные кресты, выявленные в большинстве погребений. Сохранность изделий чаще плохая. Кресты изготовлены из медных сплавов, камня, перламутра и дерева. Они, за исключением деревянных, принадлежали лично усопшим ещё при их жизни. Деревянные погребальные кресты одеты или положены к ним взамен подлинных (прижизненных), которые, возможно, оставляли в семье. Вероятно, в основном, по причине быстрого разрушения органиче­ского сырья, у одной трети захороненных крестов не обнаружено. По предварительной классификации, выделено 6 типов медных крестов, 2 типа каменных, 3 типа перламутровых и 8 типов деревянных, включая образцы наперсных и напрестольных (требных) из монашеских захоронений.

Кроме, а возможно, и вместо крестов, к некоторым погребённым были положены (или оставлены носимые при жизни) образки с изображением святых. Предварительно определены бронзовые, комбинированные эмалево-стеклянные и деревянные образки округлых, овальных и прямоугольных форм.

В нескольких гробах, в изголовье или на груди, были найдены небольшие прямоугольные иконки. Большая их часть изготовлена из дерева, они покрыты росписью по жести или чеканкой по меди, некоторые закрыты стеклом, под которым, вероятно, располагалось изображение на бумаге. Сохранность почти всех предметов плохая, распознать образы невозможно. Также обнаружены из бронзы: иконки, створка складня и тройной складень.

К индивидуальным вещам монашеских погребений относятся остатки конусных шапок с ушками и меховой оторочкой по низу (чёрного цвета), кожаные и тканые поясные ремни с железными и бронзовыми простыми пряжками, пояс, расшитый мельчайшим разноцветным бисером, бронзовые пуговки, чётки, изготовленные из кожи, шерстяных вязаных бусин, дерева, бронзы, стекла.

К сожалению, изыскания были прерваны в 2010 году. Планы по поиску, изучению и восстановлению разрушенных могил настоятельницы монастыря, игуменьи Александры (Неустроевой) и знаменитого уральского архитектора М.П.Малахова, во времена которых Ново-Тихвинский монастырь фактически заново был отстроен, и в частности был возведён Александровский собор, оказались пока неосуществлёнными.

На сегодняшний день можно констатировать, что в результате многолетних научных изысканий и продолжающихся исследований получена важная историческая информация о монастырском некрополе Ново-Тихвинской сестринской обители. Так сложилось, что красивейший некрополь в советские годы был стёрт с поверхности земли, а также было уничтожено много могил наших предков, земляков. Беда состоит в том, что это уничтожение происходит и сейчас, осознание преступности и вандализма в своих действиях военными, властями всех уровней ещё не пришло. Слабо реагирует на необходимость восстановления исторической справедливости даже культурное сообщество.

Екатеринбург. На городском монастырском кладбище
в монастырской роще.
Кроме получения разнообразного, уникального научного материала для изучения истории Ново-Тихвинского монастыря, Екатеринбурга, Урала и, можно сказать, России, уже сейчас удалось найти потерянные могилы и «воскресить» фамилии ряда известных, уважаемых, заслуженных людей. Вот их имена: коллежский асессор
В.И.Ильин (начальник канцелярии Главного начальника горных заводов Урала генерала В.А.Глинки), А.П.Пол(н)осов (сын полковника, берг-инспектора Корпуса горных инженеров П.И.Поносова?), горный офицер, штабс-капитан А.В.Гилев (с родственницей), врач, меценат А.А. Доброхотов (по В.К.Некрасову), горный деятель, офицер, минц-мейстер, отец будущего Начальника горных заводов Урала Ф.И.Фелькнера, управляющий Екатеринбургским монетным двором И.Фелькнер (с женой и тремя дочерьми), горный деятель, учёный, организатор Уральского научного общества Н.К.Чупин, горный деятель, «мэр» Екатеринбурга А.А.Черкасов, купец I гильдии, промышленник, благотворитель, Почётный член и попечитель благотворительного общества им. Императрицы Марии, коммерции советник, надворный советник, кандидат и дважды «мэр» Екатеринбурга, кавалер нескольких орденов М.А.Нуров (с женой К.И.Нуровой и внучкой?), родственники писателя Д.Н.Мамина-Сибиряка — мать М.С.Мамина, племянница и старший брат, чиновник юстиции, присяжный поверенный В.Н.Мамин.

Имена ряда высших чиновников разных ведомств, протоиереев и других высоких чинов церкви, горных офицеров младших и средних чинов, найденных при изысканиях, предполагаем, можно ещё восстановить. Например, известно, что в «монастырской ограде» были погребены протоиереи: о. Крискент (Коровин), о. Григорий (Младов), о. Николай (Диомидовский) и другие. Архивы, анализ найденных материалов, восстановления по черепу могут помочь в этом деле. Кроме того, нашим известным историком-краеведом, художником, реставратором, униформологом В.К.Некрасовым была проведена огромная работа по поиску имён ушедших в иной мир екатеринбуржцев, в том числе и по «жителям» монастыр­ского некрополя. Им выявлены более 100 фамилий, представители которых погребены на этом элитном кладбище Екатеринбурга. Среди них такие: Ошурковы, Злоказовы, Деви, Иосса, Европеус, Ардашевы, Жиряковы, Телегины, Турчаниновы-Соломирские и многие другие. Поэтому кроме именных памятных табличек по определённым нами фамилиям надо перечислить найденные В.К.Некрасовым и помянуть остальных наших предков добрыми и уважительными словами. Дело за «малым» ― построить часовню или иной памятный знак, по обещанию Екатеринбургской епархии.

Екатеринбург. На городском монастырском кладбище 
в монастырской роще.
Но, думается, это не только их обязанность, но и гражданский, человеческий долг всех екатеринбуржцев. Например, всем миром нужно восстановить могилу нашего великого земляка, в честь которого организован Фонд его имени, вручают медали и премии его имени, проводят научные конференции его имени ― учёного-энциклопедиста, организатора Уральского общества любителей естествознания, организатора строительства и управляющего первого Горного училища и мужской гимназии г. Екатеринбурга Наркиса Константиновича Чупина. Его останки чудом сохранились на границе большого мусорного котлована (1940–50-х гг.). Бюст Н.К.Чупина каслинского литья, что заказали и установили его друзья и сподвижники из УОЛЕ, также чудом сохранился в Областном краеведческом музее. Это ли не провидение и необыкновенная возможность всё восстановить?! Будет место, куда можно прийти и поклониться этому человеку и другим, незаслуженно забытым.

Литература:


1. Гомельская С.З. Н.К.Чупин. Свердловск,1982.
2. Вишняков М. Тропою Черкасова. // Журнал «Уральский следопыт». 1992, № 10.
3. Злотников Ю. Обитель. // Журнал «Уральский следопыт», 1993, № 9.
4. Брылин А. Магдалина из села Покровского. // Журнал «Уральский следопыт». 1995, № 2.
5. Винокурова Э.П. Металлические литые крестытельники XVII в. // «Культура средневековой Москвы. XVII век». М., 1999.
6. Ворошилин. С.И. Храмы Екатеринбурга. Екб., 1995.
7. Некрасов В.К. Некрополи старого Екатеринбурга. // «Уральская старина», № 4. Екб., 2000.
8. Фёдоров Ю. Образ креста. История и символика православных нагрудных крестов. СПб., 2000.
9. Гнутова С.В., Зотова Е.Я. Кресты, иконы, складни. Медное художественное литьё XIX – начала ХХ вв. М., 2000.
10. Погорелов С.Н., Святов В.Н. Захоронения первопоселенцев г. Верхотурья и г. Каменска-Уральского. // «Культура русских в археологических исследованиях». Омск, 2002.
11. Некрасов В.К. Заметки об археологических раскопках в Екатеринбургском Ново-Тихвинском монастыре. // «Уральская старина». Вып. 6. Ек., 2004.
12. Наркис Константинович Чупин (1824–1882). К 180-летию учёного-краеведа. Библиографический указатель. Составитель Колосова Т.А. Екб., 2004.
13. Погорелов С.Н. Охранные исследования захоронений Ново-Тихвинского женского монастыря. // «Культура русских в археологических исследованиях». Омск, 2005.
14 Погорелов С.Н., Попов В.А. Культовая атрибутика из погребений Ново-Тихвинского женского монастыря. // «Культура русских в археологических исследованиях». Омск, 2005.
15. Погорелов С.Н. Архитектурно-археологические исследования культовых объектов в исторических городах Свердловской области. // «Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Православие в судьбе Урала и России: история и современность». Екб., 2010.
16. «Материалы к „Русскому провинциальному некрополю” Великого Князя Николая Михайловича». РГИА. Вып. 1. Екатеринбургская, Оренбургская и Пермская епархии. Публикация Шилова Д.Н.


Учреждение культуры “Банк Культурной Информации” © 1990-2013


1. Источник
2. Источник


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Об элитном некрополе Ново-Тихвинского монастыря и городском монастырском кладбище в монастырской роще.

© ArtOleg
 Фрагмент карты Екатеринбурга 1856 года.

Фрагмент карты 1856 г.
На карте отчетливо видно, что множество захоронений расположены на обширной территории, как у собора Александра Невского, так и за монастырской оградой на территории Монастырской рощи — это так называемое городское монастырское кладбище. И это по состоянию на середину XIX века! После уничтожения монастырского некрополя и Городского монастырского кладбища в 1930-х гг. этот опустошённый участок Монастырской Рощи стали называть новой Зелёной Рощей взамен Старой.



Ниже рисованная схема Ново-Тихвинского монастыря с двумя кладбищами. Из архива краеведа В. Шитова. Снял с плана краевед В. Некрасов.

Ново-Тихвинский монастырь с двумя кладбищами: кладбище монастырской ограды — Элитный некрополь и городское монастырское кладбище в монастырской роще в плане города Екатеринбурга. 
Монастырь основан в 1799 г. Планировка начала XX века. 

Карта отсюда














Сделал наложение рисованной карты на современную. Нестыковки есть т.к. рисованная карта более компактная, но сути это не меняет, городское монастырское кладбище доходило до ул. Народной Воли ― Шейнкмана, то есть занимало огромную территорию Рощи. Пунктирная вертикальная линия на рисунке ― это визуальное продолжение переулка Саперов...
















Увы, но в наши дни с советских времён на территории городского монастырского кладбища разбит парк Зелёная роща. Теперь в парке оборудован небольшой стадион с детскими площадками. И сейчас мало кто из горожан помнит и знает историю этого места, и то, как наши предки распорядились судьбой этого погоста.

Было-стало. Прим. кон. 1910-х нач.1920-х гг./2013 гг.



















Вид в противоположную сторону парка. Вдали виднеется жилой дом на углу ул. Шейнкмана – Народной Воли.

Здесь было кладбище
















Еще хочу поделиться своими наблюдениями в парке. Ближе к территории монастыря, обратил внимание на прямоугольные углубления. Некоторые из них параллельны друг другу, а какие-то наоборот расположены под разными углами. 


В воспоминаниях краеведов я встречал описание того, что в парке Зелёная роща еще кое-где можно было увидеть сохранившиеся могильные холмики, так как сносили кладбище у собора и в Монастырской роще быстро и не особо утруждались выкапыванием захоронений. Но, то холмики, а здесь ― ямки.

Или может быть взглянуть иначе ― холмики от времени рассыпались, а дорожки вокруг могилок еще подчеркивают прямоугольную форму. Хотя, некоторые более явные, как будто были вырыты не так давно. Что это может быть ― работали археологи или по-тихому черные копатели?.. И раньше, гуляя летом или зимой, я как-то этих "ямок" не замечал. А сейчас, когда еще опавшая листва не совсем закрыта снегом, то это хорошо подчеркивает эти места... Вопросов много, а ответов пока мало.

Такова история и нынешнее состояние одного из крупнейших некрополей Екатеринбурга. И больше чем уверен, до сих пор, ещё кое-где в парке, да и у собора Александра Невского со стороны генеральских дач (где в свое время жил маршал Г.К.Жуков) сохранились захоронения. Но это тема для отдельного рассказа.

Раскопки в монастыре.
2008 г. © фото ArtOleg
Фрагменты надгробных плит.
2008 г. © фото ArtOleg
~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~


Из воспоминаний о кладбище Ново-Тихвинского монастыря... 

С форума сайта 1723.ru. Пользователь под ником PRIMAT рассказывает:
И на территории Самой зеленой рощи тож были захоронения...
Я учился в 10-й школе,(72-76гг) и на продленке нас туда водили на прогулки, да и сами летом там пропадали...
Дорожек не было, только тропы. В кустах — вросшие в землю плиты надгробий... Вдоль стены монастыря (госпиталя) у самого входа со стороны Народной Воли, где-то на отдалении трех метров от стены, при нас солдаты рыли траншею, даже не очень глубокую, так черепа с остатками волос и кости лежали чуть ли не слоем... Для нас, мелких это было жутко...

Из хроники строительства зоопарка в Свердловске:
Уже к сентябрю 1929 г. на монастырском кладбище «не осталось и следов от тяжелых мраморных памятников, холмики могил срыты и построена контора». В октябре 1929 г. завершилась съемка местности и почвенно-грунтовые исследования территории. Это все, что удалось сделать на скромные суммы Горсовета. Схема финансирования проекта изначально была крайне неэффективна.

***

В начале 1930 г…

Заседание началось с малоутешительного сообщения Л. Лазарева о том, как мало сделано за прошедшие годы. Резко выступил В. Шлезегер: «С 26-го годы мы говорим о зоопарке, так и этак его обсуждаем, но я бы сказал, что это было забытое дело Горсовета. Кроме скверного забора и холодного помещения мы ничего не имеем». Более оптимистичной была речь директора Московского зоопарка М. Завадовского. Суть ее сводилась к двум вопросам: выбор места и необходимое финансирование. Монастырская роща, по его мнению, совершенно не пригодна, так как «место это не отличается красотой, совершенно плоское, не имеет рельефов».

***

… предложение М. Завадовского было совершенно нереалистичным. И тем не менее, Президиум Горсовета принял роковое для Свердловского зоопарка решение отказаться от Монастырской рощи, понадеявшись на поддержку областных властей.

***

10 мая 1930 г. Свердловский зоопарк впервые открыл выставку своих собственных животных. Этот день считается датой его основания. Конечно, временная выставка не большая экспозиция, но, тем не менее, зоопарку уже было что показать горожанам. В конце мая 1930 г. Горсовет окончательно закрепил за зоопарком территорию в районе Ленинской фабрики и потребовал от Горкомхоза (Отдел коммунального хозяйства Горсовета) приступить к строительству временных зимних павильонов в Монастырской роще. Деньги для этой работы были выделены.

Но тут произошли неприметные и незначительные на первый взгляд события, предопределившие незавидную участь Свердловского зоопарка в будущем. Дирекция и руководители Горкомхоза не нашли общего языка по поводу места его расположения. Еще в 1926 г. Зав. земельно-планировочным отделом Горкомхоза инженер Н. Бойно-Радзевич сумел защитить Монастырскую рощу от застроек. «Без его своевременного вмешательства, — писал тогда В. Клер, — Свердловск не смог бы иметь столь прекрасных условий для создания зоопарка». Четыре года спустя отказаться от старых замыслов он не хотел, предлагая вернуться к прежнему варианту. Возможно, это была последняя попытка повернуть дело в более реалистичном направлении. Испугавшись, что зимние временные павильоны в Монастырской роще затянут строительство большого зоологического парка, дирекция настояла на переносе их в сад по ул. Мамина-Сибиряка…

Из воспоминания об Иване Дмитриевиче Седнёве — унтер-офицере гвардейского экипажа́ и лакее детей Николая Второго

Развязка пришла внезапно…

За насколько дней до их ареста – 22 июня в районе ст. «Тундуш», что под Златоустом, местными патриотами, сорганизовавшимися в партизанский отряд в ходе Невьянского восстания, был остановлен личный поезд Командующего Златоуст-Челябинского направления И.М. Малышева. Все, кто в нём находился, были убиты мятежниками. (Кроме одного человека – комиссара Пермского красногвардейского отряда Н. Повлушина, успевшего выпрыгнуть в окно без сапог и чудом спасшегося бегством.) И, причём, убиты именно потому, что в этом поезде ехал, не кто-нибудь, а «видный большевик» Иван Малышев, ранее состоящий в должности Уральского Областного Комиссара Труда. Расправа над большевиками и им сочувствующими, среди которых было и много раненых была беспощадной, а захваченный  врасплох комиссар Малышев был немедля убит на месте. Ибо к тому времени «народная» большевистская власть, так допекла население всего Урала (да и не только Урала!), что народ, не видя иного выхода, взялся за оружие от полного отчаяния …

Властители Красного Урала решили немедля отомстить за гибель своего верного соратника, приговорив к смерти двадцать ни в чём неповинных людей, вся вина которых состояла лишь в том, что с точки зрения «классовой теории» большевизма они, как «классово-чуждые» никак не подходили для обустраемого ими «бесклассового общества»! (Волею случая, одному из заложников – бывш. гласному Н.П. Чистосердову также удалось бежать!) Несмотря на своё крестьянское происхождение, в числе «классово-чуждых» оказались также Иван Седнев и Клементий Нагорный, которых причислили к врагам Советской власти лишь за то, что они не покинули своего Государю в трудную для Него годину…

И финал их жизненного пути наступил 28 июня 1918 года…  

Уже после того, как Екатеринбург был занят чешскими добровольцами и войсками Сибирской Армии (28 июля 1918 года) за ст. «Екатеринбург – II» в месте, где сваливали городской мусор (за дачами Агафурова), были обнаружены 19 полуразложившихся тел. Их опознали с большим трудом, но почти сразу же стало ясно, что это были заложники, расстрелянные по постановлению Исполкома Президиума Уральского Совета от 28 июня 1918 года за смерть Уральского Областного Комиссара И.М. Малышева.

Среди расстрелянных заложников были лица самых разных социальных групп, арестованные в самое разное время и по разным поводам. Так, «Дядька» Наследника Цесаревича К.Г. Нагорный и Лакей И.Д. Седнев были арестованы и отправлены в тюрьму 28 мая. Бывш. Есаул Мамкин и бывш. матрос Т. Нахратов, как наиболее активные участники митинга «Союза фронтовиков», были арестованы на площади перед Верх-Исетским заводом 12 июня. А некоторых из них взяли в заложники после введения в городе военного положения 29 мая. А бывший Управляющий Верх-Исетским механическим заводом, а затем владелец механической конторы «Фадемак» А.И. Фадеев был арестован больным в ночь на 26 июня.

Похороны расстрелянных заложников проходили 31 июля. Во второй половине дня, похоронная процессия вошла в город по Покровскому проспекту. Около Сибирской заставы к ней присоединились представители иностранных консульств и различных миссий. Под звон колоколов и звуки похоронного марша, процессия двигалась по городу в сопровождении местного духовенства и хора певчих. Девятнадцать катафалков с гробами, украшенные цветами, остановились у кафедрального собора. Собравшаяся толпа народа была настолько велика, что буквально вся Соборная площадь представляла собой море голов. Епископ Григорий совершил отпевание, после чего  тела заложников были преданы земле на Монастырском и Ивановском кладбищах.

В этот же день, выходившая в Шадринске «Народная газета» писала:

«Екатеринбург. 7 июля. По предложению Областного Совета [и] Уральской Областной Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией расстреляны следующие заложники: Первушин.., Седнев, Нагорный…»

На каком именно из этих кладбищ уральская земля приняла бренные останки бывших царских слуг, на сегодняшний день неведомо. Равно как и неведомо, в какой из безымянных могил они обрели свой вечный покой и приют: братской или индивидуальной?

Так, упоминавшаяся уже Т.Н. Белкина, исходя из информации, сообщённой ей Главным редактором журнала «Санкт-Петербургские епархиальные известия» И.В. Поповым, полагает, что И.Д. Седнева и К.Г. Нагорного похоронили отдельно от всех остальных жертв, близ храма в честь иконы Пресвятой Богородицы «Всех скорбящих Радость». Но по прошествии лет захоронения эти не сохранились, так как на этом месте был разбит городской парк.

И в это обстоятельство, весьма похоже на правду, так как на Монастырском кладбище Екатеринбурга всегда хоронили весьма уважаемых жителей этого города. И слуги, отдавшие жизнь за своего Царя, вполне могли найти там место своего последнего упокоения. Городской же парк там разбит не был, так как прямо к кладбищу примыкала, столь любимая горожанами Монастырская роща, в годы Советской власти переименованная в Зелёную рощу.

На деле же, в 1929 году, в соответствии с новым планом градостроительства, городскими властями было принято решение о выделении части бывш. Монастырской рощи под размещения на нём Свердловского зоопарка. Сам зверинец, впоследствии, построили в другом месте. Но кладбище с красивейшими могильными памятниками и надгробиями успели снести, посему, как писали тогда газеты: «…не осталось и следов от тяжелых мраморных памятников, холмики могил срыты и построена контора»…   

И хотя весьма жаль, что могилы столь достойных людей, как И.Д. Седнев и К.Г. Нагорный  оказались  стёртыми в ходе уничтожения «старого мира» богоборческой властью, память о них неизменно будет передаваться из рода в род. Ибо их верность и преданность Царской Семье доказана ценою самого дорогого, что есть у каждого человека – ценою собственных жизней.
***

С.И.Ворошилин. Из истории церковного строительства в Екатеринбурге. сборник "Уральская старина", выпуск 2. Екатеринбург, "Архитектон", 1996

В декабре 1920 года был закрыт Екатеринбургский Ново-Тихвинский монастырь. Здания монастыря сначала были переданы Уральскому университету, но в дальнейшем отошли к военному ведомству, где надолго обосновался военный городок. Сразу после этого было запрещено хоронить на монастырском кладбище, затем запрещено его посещать, начался снос могил и памятников. Постепенно закрылись для посещения монастырские церкви.  


~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Монастырская (Зеленая) Роща в наше время:



"Вехи истории Екатеринбурга (на примере «Зеленой рощи»)"
Л.И. Аткина, А.И Григорьева


Электронный архив УГЛТУ. ЭКО-ПОТЕНЦИАЛ № 3 (7), 2014

После прочтения этой статьи у меня возникло двоякое чувство, с одной стороны авторы хотели сделать некий "экскурс" в прошлое Зеленой Рощи с привязкой к нынешней ситуации, но, с другой стороны, попытались ввести в заблуждение простого обывателя. Скорей всего у авторов, как у экологов задача была сделать в статье акцент на Зеленой Роще, как на уникальном объекте городского озеленения, а не как археологическом и историческом объекте принадлежащем монастырю. Приведу несколько примеров:
"Роща была названа Монастырской, видимо, из-за близости к монастырю. По этой же причине была названа и улица — Монастырская (сейчас ул. Народной Воли), а не потому, что принадлежала ему". Странная логика. Стало быть, речка Монастырка просто протекала рядом и ее также случайно назвали Монастыркой, и про пруд монастырский ни слова, также и про монастрыские угодья, которые украшали Монастырскую Рощу, и что Зеленая Роща изначально вообще была в другом месте, авторы тоже не упоминают. И зачем публиковать плохого качества фотографию городского монастырского кладбища, где не видно собора Александра Невского? Поискав в сети можно найти фото приемлемого качества. И ссылаясь на «Историческое описание» В.Иконникова (1875) авторы безапелляционно утверждают, что в Екатеринбурге монастырю не принадлежали земли кроме тех, которые были обнесены общим ограждением. Но в том же «Историческом описании» Иконникова (1875) и в книге История Екатеринбургской епархии (Екатеринбург: Изд-во «Сократ», 2010) есть сведения: "...именным императорским указом от 12 мая 1822 г. Ново-Тихвинский монастырь был возведен в штатный 1-го класса... За обителью закреплялись все имевшиеся земельные владения, монастырское кладбище и внемонастырские постройки". С. 307. Да и на фрагменте карты Екатеринбурга 1856 года, что приводил я выше, ясно видно, где на тот момент находятся захоронения...
В общем, предвзятая и со многими неточностями статья.


26 марта 2015 г. «Работы временно заморожены». Мэрия обещает заровнять уродливые траншеи в Зеленой Роще

Перепахавшие парк рабочие, по словам представителя горадминистрации, сейчас ничего не делают, потому что ждут, пока в Екатеринбурге потеплеет.

***      


Рабочие перерыли весь парк, завалили его кучами вырытой земли, сделали похожим на прибежище гигантских кротов.
***   



Рабочие даже выкопали человеческие останки, утверждают горожане в социальных сетях. Впрочем, это неудивительно: если копать на месте бывшего кладбища, рано или поздно наткнешься на скелет. Фото: Михаил Юрьев, Facebook

20.07.2018 г.  Пусть его лик вдохновляет нас. Поклонный крест в честь священномученика Павла Чернышева установили в Ново-Тихвинском монастыре

25.07.2018 г. «Вдруг вырежут под строительство?»: УГМК огородила часть Зеленой Рощи забором

26.07.2018 г. Стройка началась: в Зеленую Рощу завезли первую партию щебня. За день до этого территорию парка огородили забором



~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

Справка:
Кладбища Ново-Тихвинского монастыря: кладбище монастырской ограды т.н. Элитный некрополь и городское монастырское кладбище в Монастырской роще.
Дата основания: Начало XIX в.
Площадь: ...
В советское время у собора Александра Невского и на территории городского кладбища Монастырской рощи были снесены надгробные плиты именитых горожан, было уничтожено 1200 памятников.
По некоторым данным, много могил до сих пор находятся в земле (сносились только памятники) как на территории парка, так и на территории генеральских дач у собора.

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~

На кладбище Ново-Тихвинского монастыря в монастырской ограде — Элитном некрополе и на городском монастырском кладбище в Монастырской роще были похоронены:


Чупин Наркиз Константинович
(04.02.1824, Екат. – 12.04.1882) историк, краевед, этнограф, библиограф, педагог, географ. Из семьи мелкого чиновника. Окончил Казанский университет, ист.-филол. факультет (1845), канд. камеральных наук (1850). Работал преподавателем, а с 1862 по 1882 директором Уральского горного уч-ща в Екатеринбурге. Почетный член УОЛЕ (1882). Автор более 50 статей по истории, этнографии, географии края. Самая его значительная работа "Географический и статистический словарь Перм. губ." осталась незаконченной.
Соч.: Географический и статистический словарь Пермской губернии. А-М. Пермь, 1873; Щ, Ю, Я и О. Пермь, 1887; Полуторастолетие Екатеринбурга. 1723-1873. Пермь, 1873.

Седнёв Иван Дмитриевич
(22.09.1881 – 06.07.1918) — Из крестьян, родители занимались сельским хозяйством. Унтер-офицер гвардейского экипажа́, проходил службу на Императорской яхте «Штандарт», лакей детей Николая Второго и официант Их Величеств[1]. После Февральской революции и отречения Николая Второго последовал за царской семьёй в ссылку. Возмущался условиями содержания царской семьи в доме Ипатьева и воровством охраной вещей, принадлежащих царской семье. Был арестован и вскоре убит большевиками незадолго до расправы над царской семьёй. Вся семья И.Д. Седнёва все годы советской власти была вынуждена скрывать своё родство с Иваном и племянником Леонидом Седнёвыми — «царскими прислужниками».

Нагорный Клементий Григорьевич
(25.01.(ст. ст.)1887 – 06.07.1918) — Из крестьян. Женат не был. Матрос гвардейского экипажа́, проходил службу на Императорской яхте «Штандарт», дядька цесаревича Алексея Николаевича. После Февральской революции и отречения Николая Второго последовал за царской семьёй в ссылку. Возмущался условиями содержания царской семьи в доме Ипатьева и воровством охраной вещей, принадлежащих царской семье. Был арестован и вскоре убит большевиками незадолго до расправы над царской семьёй.

Чернышев Павел Иванович
 (29.12.1861 – 20.07.1918) — Священномученик. Отец Па­вел родился в семье священника Иоанна Никитича Чернышева. У отца Иоанна было одиннадцать детей. Всем своим  четверым сыновьям отец Иоанн постарался дать хорошее образование: старшие, Павел и Афанасий, окончили Уфимскую Духовную семинарию, средний сын, Михаил, — Екатеринбургское Духовное училище, а младший, Аркадий, — Духовную семинарию в Тобольске. Все они впоследствии стали священнослужителями. Павел Иванович был старшим из братьев Чернышевых. После окончания семинарии в 1886 году и рукоположения в сан священника он был направлен для служения в село Тамакульское Камышловского уезда. через несколько лет, в марте 1895 года, переехал с семьей в поселок Ново-Уткинский завод Екатеринбургского уезда, где совершал свое служение вплоть до мученической кончины. Про­слу­жил свя­щен­ни­ком в по­сел­ке Но­во-Ут­кин­ский за­вод Перм­ской гу­бер­нии 28 лет. За свое бес­ко­ры­стие он был лю­бим и ува­жа­ем при­хо­жа­на­ми. В июле 1918 го­да под пред­ло­гом мо­би­ли­за­ции на окоп­ные ра­бо­ты от­ца Пав­ла с сы­ном и с при­хо­жа­на­ми церк­ви увез­ли из род­но­го се­ла в на­прав­ле­нии се­ла Ара­миль. Дей­стви­тель­но, непо­да­ле­ку от Ара­ми­ля при­хо­жан и свя­щен­ни­ка за­ста­ви­ли ко­пать яму, по­сле че­го в них ста­ли стре­лять. Отец Павел, юнкер Егоров, штабс-капитан Ждановских и служащий Малинин были убиты сразу же. Б. А. Егоров, несмотря на тяжелое ранение, успел спуститься в притрактовую канаву, но был убит вторым выстрелом. Фельдшер Армишев, раненный в руку, побежал, но от потери крови вскоре потерял сознание и был добит нагнавшими его красноармейцами. Н. П. Чернышев и К. А. Егоров бросились бежать в разные стороны и, несмотря на то что по ним был открыт сильный огонь из винтовок и пулеметов, спаслись, хотя Егоров и получил ранение в ногу.

Коровин Крискент Владимирович
(23.02.1852 – ноябрь 1916) — Протоиерей. Окончивъ въ 1875 г. Пермскую Духовнуго семинарію со степенью студента, быль назначенъ надзирателемъ за учениками Далматовскаго духовнаго училища, каковую обязанносгь несъ до 1880 года. Когда былъ рукоположенъ преосвященнымь Веніаминомъ во священника къ церкви Петра и Павла Петропавловской слободы, Шадринскаго уезда. Въ 1882 году о. Крискентъ переводится къ гр. Екатеринбургскому Ново-Тихвинскому монастырю, и съ 1909 г. преосв. Владиміромъ опредѣляется на штатное настоятельтское протоіерейское мѣсто къ тому же монастырю, каковую должность и проходитъ до конца дней своихъ.
Помимо своихъ непосредственныхъ пастырскихъ обязанностей, о. Крискентъ не чуждъ былъ и епархіальной службы.
Онъ состоялъ членомъ правленія Екатеринб. дух. училища, учителемъ физики и арифметики въ Екатер. Епарх. женск. училищѣ, членомъ Книжнаго комитета, членомь Совѣта епарх. женск. училища, членомъ наблюдательнаго комитета при свѣчномъ зав., предсѣдателемъ Екатер. экзаменаціонной комиссіи, постояннымъ членомъ, а одно время и казначеемъ, Епарх. Училищн. Совѣта, членомь Екатер. благочиннич. Совѣта, членомъ Строительн. Комитета Екатеринб. епарх. женск. училища.
Эта разнообразная дѣятельность о. протоіерея находи- ла должную оцѣнку со стороны епарх. власти, и за свою службу о. К. Коровинъ получиль слѣдующіе знаки отличія. Вь 1883 г. о. Коровин былъ награжденъ набедренникомъ, въ 1893 году—бархатной фіолет. скуфьей, въ 1897 г.—камилавкою, въ 1901 г. наперснымъ крестомь, въ 1905 г.—орденомъ св. Анны 3 степ., 1908 г.—саномъ протоіерея, въ 1913 г.—орд. св. Анны 2 степ.

(178112.11.1842) — Архитектор. Родился в Черниговской губернии (территория современной Украины). Учился сначала в духовной семинарии, потом в народном училище. После учёбы три года служил канцелярским чиновником в суде и на почтамте.
В 18001802 годах учился в Академии художеств в Петербурге, получил чин архитектора 14-го класса. Молодому двадцатилетнему провинциалу получить хорошее место удалось не сразу.
В 18021806 годах «находился при строении лекционных театров Медико-хирургической Академии и Казанского собора», в министерстве внутренних дел. В марте 1805 года оренбургский военный губернатор Г. Волконский в частном письме просит министра внутренних дел графа В. Кочубея определить Малахова в Оренбург.
С февраля 1815 года зачислен архитектором в штат Екатеринбургских горных заводов.
В 1828 женился на дочери высокопоставленного чиновника Колобова — Вере, воспитал талантливых детей.
Огромен вклад МПМалахова в осуществление генерального плана Екатеринбурга. Под его руководством в Екатеринбурге построены наиболее ценные памятники архитектуры в стиле классицизма (ансамбль Ново-Тихвинского монастыря, собор Александра Невского, законч. строительство усадеб Расторгуева–Харитонова, Верх-Исетская Успенская церковь, здание Городской управы и мн. др). Награжден орденом Святого Станислава IV степени, медалями. Титулярный советник.

(18321863) — коллежский асессор, начальник канцелярии Главного начальника горных заводов Урала генерала В.А.Глинки...







(ок.1846 – 14(27).X.1909) — учился в Петровской академии, участвовал в «Народной расправе», арестован 7 декабря 1869 г., 6 августа 1871 г. приговорен к двум месяцам тюрьмы и пяти годам надзора полиции, отправлен в Екатеринбург, в 1876 г. освобожден от надзора.
Музыкально-общественный деятель, музыкальный критик, пед. Св. 30 лет служил в конторе Верх-Исетского завода. Член Екат. муз. кружка, вел хормейстерскую работу, являлся инициатором и дир. оп. постановок, выступал в концертах как пианист-аккомпаниатор и ансамблист. Занимался частным преподаванием фортепианной игры. В 1880-1890 — музыкальный рецензент газеты «Уральская жизнь» (псевдоним Г.С.). В 1890-е входил в театральную дирекцию Верх-Исетского завода.

(1833 – 1858.04.07, на 26) — горный офицер, штабс-капитан. В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского женского монастыря [Мат-лы к Русск.некрополю. В.1. СПб.,2003]






(--1908.03.31) — екатеринб. полицеймейстер, к. с. В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. мон. [Мат-лы к Русск.некрополю. В.1. СПб.,2003]








Доброхотов А.А.
( -- ) — врач, меценат







(--1891.02.10) — В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. мон. [Мат-лы к Русск.некрополю. В.1. СПб.,2003]
 



(--18.09.1902) — гр., пред. Екатеринб. дворян. опеки. В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского мон.

(1823 – 1895) — Настоятельница Ново-Тихвинского монастыря в 1893 – 1895 гг. В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. монастыря.
Могила сохранилась.
(1817 – 01.16.1893) — Настоятельница Ново-Тихвинского монастыря в 1858 – 1893 гг. В мон. с 1817, игуменья с 1858.04.06 до кончины. В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. монастыря. [Мат-лы к Русск.некрополю. В.1. СПб.,2003]
Могила сохранилась.




Игумения Таисия (Костромина Татиана Андреевна)
(1723 – 11.05.1826) — основательница Ново-Тихвинского монастыря. Татьяна Андреевна родилась в 1763 году в семье мастерового Екатеринбургского Верх-Исетского завода Андрея Костромина. Этот завод был основан казной в 1726 году на реке Исеть и являлся одним из крупнейших металлургических предприятий Урала. Была устроительницей и первой настоятельницей Екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря. Не только своим учреждением, но и процветанием монастырь во многом обязан именно ей.
В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. монастыря.
Могила сохранилась.
 

(1792 – 1858) — Настоятельница Ново-Тихвинского монастыря в 1827 – 1858 гг. 
В ограде Екатеринб. Ново-Тихвинского жен. монастыря.
Могила сохранилась.

(1840 – 17.06.1902) — банковский служащий, активный участник общественной жизни Екатеринбурга. Оконч. СПб. коммерческое уч-ще. С 1872 — гл. бухгалтер Сиб. торг. банка, в 1878-1880 — управляющий СПб. отд-нием этого банка, в 1880-1902 — дир. и чл. правления. Руководя деятельностью Сиб. торг. банка, М. много сделал для развития экономики Урало-Сиб. региона. Активный обществ, деятель: гласный Екат. гор. Думы (1888-1898), один из учредителей Екат муз. кружка, в к-ром исполнял обязанности кассира (1872-1896), старшины, тов. пред. (1899-1900), пред. (1897). М. оказывал кружку разл. помощь: выделял средства на покупку муз. ж., нот, декораций и костюмов. Являясь худ.-любителем, делал эскизы костюмов и декораций. В 1900 построил концертный зал и предоставил его в распоряжение кружка (см. Концертный зал Маклецкого). Первый поч. чл. кружка. М. активно сотрудничал с благотворительным об-вом и Урал, об-вом любителей естествознания (УОЛЕ), б-ке к-рого пожертвовал мн. книг.

(26.12.1834 – 24.01.1895) — Городской голова Екатеринбурга. Писатель, городской голова Барнаула с 1886 по 1894 год, городской голова Екатеринбурга с 1894 по 1895 год, горный инженер.







Миславский Александр Андреевич
(24.12.1828 – 28.11.1914) — хирург, физиолог, доктор медицины (1895), почётный гражданин Екатеринбурга.
Миславский родился в семье служащего. В 1851 году окончил Казанский университет. 10 сентября 1851 года прибыл на службу в Турьинские рудники. Здесь в 1852 году произвёл первую на Урале и третью в России операцию по удалению зоба. Через год сделал первую на Урале операцию по удалению катаракты. В 1856 году Миславский переехал в Екатеринбург для работы на Нижне-Исетском заводе. Спустя три года принял предложение владельцев Верхне-Исетского завода возглавить заводской госпиталь. За 50 лет врачебной деятельности им выполнено 10 тыс. операций, принято 300 тыс. больных, проведён 1 млн обходов больных. Член-корреспондент Венского императорско-королевского геологического института (1901), почётный президент Уральского общества любителей естествознания (1891). Имя Миславского носит 2-я городская больница Верх-Исетского района Екатеринбурга (1974). Награждён российскими орденами, в том числе орденом Святого Владимира 4-й степени, орденом Святой Анны 2-й степени, шведским орденом «Командорский крест Вазы».
Имя Миславского носит Центральная городская больница № 2 в Екатеринбурге. Комплекс зданий бывшей глазной больницы, где работал Миславский, признано объектом культурного наследия.

Нуров Михаил Ананьевич
(ок. 1831 – 15.01.1880) — Городской голова (1863–1866, 1876–1880 гг.).
Предприниматель, общественный деятель. Родился в семье купца. Образование — домашнее. С 1847 г. стал самостоятельно вести торгово-промышленные операции: имел в Екатеринбурге салотопенный завод, который в 1850-х гг. производил до 32,5 тыс. пудов сала на 100 тыс. рублей, в 1870-х — до 130 тыс. пудов на 650 тыс. рублей. Продукция завода сбывалась в Санкт-Петербурге и Лондоне. Кроме того, занимался хлебной торговлей и золотопромышленностью. Нуров активно участвовал в городской общественной жизни: был кандидатом городского головы (1857–1860), городским головой (1863–1866, 1876–1880), одним из инициаторов учреждения Сибирского торгового банка, член общества содействия русской промышленности и торговли. Нуров был известен как щедрый благотворитель: основал в Екатеринбурге детский приют (1857) и церковь при мужской гимназии (1879), помог в строительстве храма в с. Гробовском Екатеринбургского уезда и создании бибилиотеки и физического кабинета при мужской гимназии и т. д. Нурову пожалован орден Святой Анны 3 ст. (1858), бронзовой медалью в память войны 1853–1856 гг. (1858), иранским орденом Льва и Солнца 3 ст. (1863), званием коммерции советника (1861) и чином надворного советника(1866).
Лит.: Бухаркина О.А. Гражданин Екатеринбурга Михаил Ананьевич Нуров // Первые Татищевские чтения. Екатеринбург. 1997. Микитюк В. П. Михаил Ананьевич Нуров // Главы городского самоуправления. - Екатеринбург, 2003.
Публикуется по книге Екатеринбург. Эниклопедия. - Екатеринбург: "Академкнига", 2002.


(.... – 16.01.1920) — 16 января от сыпного тифа скончался чрезвычайный уполномоченный по борьбе с эпидемией в районе расположения 3-й армии Юлиан Булинов, замечательный врач. Об этом на следующий день рассказал в некрологе на первой странице «Уральский рабочий», несмотря на то что коммунистом он никогда не был. Отпевали Булинова в Екатерининском соборе, а похоронили на кладбище Тихвинского монастыря.



Линдер (Linder) Василий Васильевич
(ок. 1840, Златоуст – 28.05.1905, Екатеринбург), аптекарь, общественный деятель. Из семьи немецких оружейников, работавших на Златоустовских заводах. Евангелическо-лютеранского вероисповедания. В 1864 окончил Московский университет, получил звание провизора. В том же году получил должность аптекаря Кушвинской аптеки Гороблагодатского горного округа Пермской губ. Помимо выполнения основных обязанностей сопровождал караваны с золотом в С.-Петербург. С 1880 в отставке. В том же году принял российское подданство и переехал в Екатеринбург. Открыл аптеку, которая вскоре стала одной из самых крупных в крае. Активно сотрудничал с благотворительными организациями, которым отпускал лекарства либо бесплатно, либо по сниженным ценам. Член Уральского медицинского общества (с 17.04.1890 г.). Награжден орденом св. Анны 3-й ст. (1880 г.). Похороны состоялись 30.05.1905 г.: отпевание в Лютеранской церкви, погребение на кладбище Ново-Тихвинского женского монастыря. Могила не сохранилась.
Лит.: Урал. – 1905. – 29 мая. – С. 3
Микитюк В.П.


Герц Иван Карлович
(Октябрь 1827 – 07.12.1892) — делопроизводитель Уральского горного управления. Родился в семье канцелярского служащего. Окончил Екатеринбургское уездное училище. С 28 января 1843 г. — служащий Уральского горного правления: младший чертежник в чертежной. С 28 июня 1847 г. — писец первого разряда 2–го отделения первого департамента, с 23 января 1848 г. — писарь-урядник первой статьи, с 29 марта 1854 г. — столоначальник второго отделения, с 9 января 1875 г. — секретарь Уральского горного правления. В 1888–1892 гг. — младший чиновник для особых поручений и делопроизводитель. Награжден светло-бронзовой медалью в память войны 1853–1856 гг. на Владимирской ленте для ношения в петлице (29.04.1857 г.) и орденами: св. Станислава 3- й ст. (04.04.1875 г.), св. Анны 3-й ст. (15.03.1883 г.), св. Станислава 2-й ст. (07.04.1889 г.); знаком отличия беспорочной службы за 40 лет (22.08.1891 г.). Имел чин надворного советника (с 1888 г.). Похороны Герц Иван Карловича состоялись 09.12.1892: отпевание в Екатеринбургской Вознесенской церкви, погребение на кладбище Ново-Тихвинского монастыря.

Лит.: ГАСО. – Ф. 24. – Оп. 13. – Д. 793. – Л. 10–13
Микитюк В.П.


Герц Николай Иванович
(01.02.1861 – 08.09.1907) — чиновник, педагог. Родился в Екатеринбурге в семье чиновника горного ведомства  И. К. Герца. Учился в Екатеринбургском Алексеевском реальном училище, но полного курса не кончил. С 6 марта 1878 г. вольноопределяющийся в 8-м запасном батальоне. С 2 июля по 13 октября 1878 г. учился в Казанском юнкерском училище: отчислен по домашним обстоятельствам. С 16 октября 1878 г служил в 8-м запасном батальоне, с 21 июня 1879 г. в Эстляндском пехотном полку. С 8 сентября 1879 г. по 9 августа 1880 г. ученик старшего класса Казанского юнкерского училища. С 12 августа 1880 г. служил в Эстляндском полку. С 15 июня 1881 г. — унтер-офицер, с 2 июля 1881 г. — подпрапорщик. С 16 июля 1882 г. служил в Симбирском пехотном полку. С мая 1883 г. — прапорщик, с 30 августа 1884 г. — подпоручик. С 21 ноября 1884 г. — в армейском запасе. С 25 февраля 1885 г. младший землемер Уральского горного правления. С 17 июля 1886 г. межевщик Уральского горного правления, одновременно преподаватель гимнастики в Екатеринбургском Алексеевском реальном училище. 2 мая 1898 г. уволен от службы по состоянию здоровья. С 16 апреля 1901 г. помощник классных наставников Екатеринбургского Алексеевскою реального училища. Награжден серебряной медалью в память царствования Александра III для ношения на груди на Александровской ленте (26. 02. 1896 г.). Похороны Герц Николай Ивановича состоялись 10.09.1907 г.: отпевание в Екатеринбургской Вознесенской церкви, погребение на кладбище Ново-Тихвинского монастыря.

Лит.: ГАСО. - Ф. 6. - Оп. 13. - Д. 76. - Л. 138.
Микитюк В.П.

Иванов Михаил Иванович
(ок.1837–26.01.1906) — действительный  пожизненный член Императорского Православного  Палестинского общества, екатеринбургский купец. Родился в селе Киржмач Симбирской губернии в семье крестьянина. В середине XIX в. он перебрался в Екатеринбург, занимался винно-колониальной торговлей, владел золотыми приисками в Екатеринбургском и Верхотурском уездах Пермской губернии. В 1869 году Михаил Иванович стал екатеринбургским купцом 2-й гильдии.
В середине 90-х годов XIX века он неожиданно отходит от своих торговых дел и общественной деятельности, полностью посвятив себя благотворительности.
В конце 90-х годов екатеринбургский купец обратил внимание на Тюмень, на ветшавшую Знаменскую церковь. На ее переустройство Михаил Иванович пожертвовал свыше 55 тысяч рублей. Когда строительство было практически завершено, Тюменская городская Дума по предложению городской управы, 12 сентября 1901 года постановила: «Принести благотворительность от лица городской Думы и, независимо этого, согласно желания жителей города, поднести ему благодарственный от граждан адрес». Однако тюменцы посчитали это недостаточной благодарностью М.И. Иванову за столь великие материальные жертвы и труды по переустройству Знаменской церкви.
На заседании городской Думы, состоявшемся 17 марта 1904 года, было доложено «о воспоследовавшем соизволении Его Императорского Величества Государя Императора на присвоение екатеринбургскому купцу М.И. Иванову Почетного гражданина города Тюмени, согласно ходатайства о том местного городского общественного управления».
Так екатеринбургский купец М.И. Иванов стал Почетным гражданином города Тюмени.
Действительный пожизненный член Императорского Православного Палестинского общества Михаил Иванович, в Екатеринбурге также состоял в рядах общества взаимного вспомоществования учившим и учащим в церковно-приходских школах и школах грамоты Екатеринбургской епархии, кроме того, являлся членом попечительства о бедных воспитанницах епархиального женского училища. Некоторое время Иванов был членом епархиального училищного совета, почетным попечителем школы псаломщиков и образцовой церковно-приходской школы при Архиерейском доме, а также старостой домашней церкви 1-й женской гимназии.
М. И. Иванов был не только деятельным членом вышеупомянутых организаций и попечительств, но и щедрым благотворителем. Каждый год он жертвовал по 500 рублей на нужды образцовой школы при Архиерейском доме, а также выделял средства для ремонта церкви Екатеринбургской 1-й женской гимназии. Кроме того, он постоянно приходил на помощь Екатеринбургскому Ново-Тихвинскому женскому монастырю. Здесь сооружен им на свои средства целый корпус, где теперь помещаются иконостасные мастерские». На средства М. И. Иванова в 1900 году было возведено здание, предназначенное для нужд сестер Ново-Тихвинского монастыря. В здании были размещены богадельня и больница.
За свою полезную деятельность в духовном ведомстве Иванов не раз получал архипастырские свидетельства, а также был пожалован в декабре 1904 г. орденом святой Анны 2-й степени.
Умер Михаил Иванович 26 января 1906 года в Екатеринбурге.

В заслугу Михаилу Иванову можно также поставить приглашение в Екатеринбург Иоанна Кронштадтского – одного из самых известных в России священников того времени, прославившегося чудотворными делами еще при жизни. Когда 22 июня 1905 года отец Иоанн прибыл на Урал, именно Михаил Иванович встречал его в Перми, оттуда привез в наш город, остановился высокий гость в доме Иванова.
С визитом Иоанна Кронтадтского связано последнее упоминание о Михаиле Иванове в екатеринбургской прессе того времени. 26 января следующего года купец Михаил Иванов, щедрый благотворитель и крупный общественный деятель, скончался, незадолго до смерти приняв постриг. Его похоронили на кладбище Ново-Тихвинского монастыря, который он всю жизнь поддерживал.



Бутаков Андрей Григорьевич
(10.01.1819 – 04.12.1894) — Председатель Екатеринбургского Окружного Суда, Действительный Статский Советник. Родился в г. Киренске Иркутской губернии. Обучался в иркутской Губернской гимназии, но полного курса не окончил. С 1835 по 1858 г. служил в разных должностях в Иркутском Губернском управлении, прокуратуре, в судном отделении, в 1858 году утвержден в должности советника Иркутского окружного суда. 1860-63гг. — управляющий канцелярским казначейством по губернскому суду. 1864 г. — директор Иркутского губернского тюремного комитета, и. о. Губернского прокурора. 1865 г. — товарищ председателя Иркутского губернского суда. 1866 г. — товарищ, а затем председатель Рязанской Палаты уголовного суда. 1867 — и. о. Рязанского губернского прокурора 1871 г. — товарищ председателя Саратовского окружного суда. 1874-1894 гг. — председатель Екатеринбургского окружного суда. Кавалер орденов Святого Станислава III, II, I степеней, Святой Анны III, II, I степеней, Святого Владимира 3 степени. Бутаков Андрей Григорьевич скончался 4 декабря 1894 года и был похоронен в приделе Ново-Тихвинского монастыря. 

Ламберт Иосиф Иосифович
(22.12.1835 – 20.10.1901) — предприниматель.Родился в Златоусте  в семье мастеров-оружейников,работавших на Златоустовской оружейной фабрике. Лютеранин, перешел в православие. Получил домашнее образование. В конце 1850-х — начале 1860-х гг. — кунгурский купец 3-й гильдии, со второй половины 1860-х гг. — екатеринбургский купец 2-й гильдии. В 1867 г. основал в Екатеринбурге кузнечное заведение: производились кузнечные работы, слесарные и токарные операции. Со временем кузница перепрофилирована в механическое заведение: выпускались телеграфные принадлежности. Вначале 1880-х гг. механическое заведение ежегодно производило продукции на 8 тыс. рублей. В 1890-х гг. оказался на грани разорения: перешел в мещанское сословие и отошел от предпринимательской деятельности. Похороны состоялись 22.10.1901 г.: отпевание в Вознесенской церкви, погребение на приходском (Прим. ArtOleg. Ново-Тихвинское?) кладбище Екатеринбурга. Могила не сохранилась.
В дальнейшем в Екатеринбурге проживали сыновья Ламберта  и его супруги Татьяны Парфеновны (ок. 1833 – 13.03.1897 гг.) — Николай Иосифович (16.05.1860 г., Екатеринбург – 09.03.1912 г., Екатеринбург) и Павел Иосифович. Братья были почтово-телеграфными чиновниками, кроме того, Павел занимался разработкой золотых приисков в Пермской губернии.

Лит.: ГАСО. – Ф. 36. – Оп. 1. – Д. 90; Ф. 6. – Оп. 9. – Д. 928
Микитюк В.П.

Беренов Михаил Иванович
(...18.. – 09.02.1889) — купец 2-й гильдии. Хлеботорговец. Основатель торгового дома «Товарищество Братья Береновы». Михаил Иванович начав самостоятельный бизнес, вложил наличные средства в хлебную торговлю. Он открыл три лавки, в которых стал торговать зерном. В целом, его коммерческие дела шли вполне успешно. Успех сопутствовал ему и в других делах. Михаил Беренов был счастлив в семейной жизни. Он являлся главой большого семейства, которое состояло из 16 человек. От двух браков М.И. Беренов имел 8 дочерей и 6 сыновей. Удача сопутствовала ему и в общественной деятельности. Он плодотворно сотрудничал с городской думой, причем в 1872–1876 гг. являлся членом городской управы. Выйдя из ее состава, М.И. Беренов еще долгое время работал в органах самоуправления в качестве гласного городской думы. В 1889 г. болезнь вынудила его отказаться от всех общественных должностей. 9 февраля 1889 г. М.И. Беренов скончался, и 11 февраля был погребен на кладбище Ново-Тихвинского женского монастыря.

Беренов Николай Михайлович
(04.12.1862 – 07.10.1917) — купец 2-й гильдии, хлеботорговец,  основатель торгового дома «Товарищество Братья Береновы». Родился в Екатеринбурге, в многодетной  семье Беренова Михаила Ивановича и  Натальи Петровны.
Начальное училище и 5 классов реального училища. Фельдфебель Лейб-гвардии преображенского полка в запасе. Товарищ председателя, старшина и распорядитель Екатеринбургского музыкального кружка в 1897 – 1898 гг. Гласный городской думы в 1902 – 1904 гг., 1910 – 1913 гг. Член Уездной земской управы в 1905 – 1908 гг., председатель Уездной земской управы на 1908 г. Член попечительского совета Екатеринбургского родильного дома в 1908 – 1915 гг. Член попечительского совета от земства 2-й Екатеринбургской женской гимназии в 1911 – 1913 гг., 1915 – 1917 гг. Член попечительского совета Екатеринбургской торговой школы в 1911 – 1916 гг. Попечитель Нафанаиловского городского училища. Член правления Кассы мелкого кредита Екатеринбургского уездного земства в 1913 – 1915 гг. Участок земли по ул. Усольцевская, 133. Умер 7 октября 1917 года отпевание состоялось 10.10.1917 г. в Свято-Духовской церкви. Похоронен на монастырском кладбище.

Рожнов Михаил Федорович
(19.10.1825 – 12.07.1898) —екатеринбургский купец 1-й гильдии. Родился в бедной семье, проживавшей в небольшом городке Кадом в Тамбовской губернии. Особых перспектив в родном кран» у юного Рожнова не было, поэтому он перебрался в Бугуруслан, где ему посчастливилось найти работу. Свою трудовую карьеру Михаил Рожнов начал с должности подносчика в питейном заведении. Молодой человек, целыми днями крутившийся как белка в колесе, обратил на себя внимание хозяина питейного заведения, который со временем сделал Рожнова своим приказчиком.
В начале 6о-х гг. Рожнов переехал в Екатеринбург, устроившись приказчиком при винных откупах. Однако природный ум и деловая сметка, а также небольшой скопленный капитал помогли ему вскоре начать собственное дело. Михаил Федорович открыл винный склад в Невьянске, а затем в Екатеринбурге.
Со временем численность торговых заведений Рожнова заметно увеличилась: только в Екатеринбурге в г. он имел оптовый склад вина и спирта, а ренсковых погреба, г винных лавки, 4 трактира. Кроме того, Михаил Рожнов обзавелся собственными предприятиями. В Екатеринбурге он открыл водочный завод, в Камыш-ловском уезде основал винокуренное предприятие, аналогичный завод был построен в Шадринске. Создание собственной промышленной базы позволило Михаилу Федоровичу в 1870-80-х гг. стать одним из крупнейших виноторговцев Пермской губернии.
С ростом богатства изменился и облик Рожнова. На место юркого мальчишки без роду и племени пришел степенный екатеринбургский купец I-й гильдии, имевший солидные доходы и немалую недвижимость в разных городах Урала. Пока были силы, Рожнов охотно занимался торгово-промышленными делами, но с возрастом ему пришлось задуматься о том, кому передать накопленные богатства. Не имея никаких наследников, Михаил Федорович свернул коммерческую и промышленную деятельность и отдался благотворительности.
Еще будучи действующим предпринимателем, Рожнов время от времени жертвовал деньги на благие дела. В 1880 г. он выделил 1400 рублей для одной из церквей Невьянска, за что получил благословение Святейшего Синода, а в 1885 г. — небольшую сумму екатеринбургской женской гимназии.
Состоя действительным членом Екатеринбургского благотворительного общества. Рожнов оказывал ему регулярную материальную поддержку в виде взносов. В 1889 г. Михаил Федорович выделил ао тыс. рублей Пермскому отделению попечительства императрицы Марии Александровны о слепых на постройку в Перми здания училища для слепых детей, которое было открыто 30 августа 1890 г.
Начало 90-х гг. ознаменовалось неурожайными годами, которые сопровождались вспышкой заразных болезней. Именно в этот период Михаил Федорович профинансировал поездку екатеринбургских врачей А.Э. Ландезена и В.А. Падучева в Берлин для изучения метода лечения по системе доктора Коха. В 1891 г. Рожнов сделал новое крупное пожертвование, выделив го тыс. рублей на создание детского нриюта в Камышлове. Приют, открытый 15 декабря 1891 г., носил имя М.Ф. Рожнова.
В 90-е гг. Михаил Федорович истратил на благотворительность солидные суммы. В частности, он пожертвовал 3 тыс. рублей на сооружение иконостаса в православном храме с. Талица Камышловского уезда, на собственные средства построил большой корпус для Ново-Тихвинского монастыря, выделил полторы тысячи рублей на строительство земской школы в д. Колюткино Екатеринбургского уезда. Здание школы было освящено 21 ноября 1897 г. В том же году Рожнов сделал крупный дар Екатеринбургу, передав городской думе усадебное место со всеми постройками, расположенное на углу Покровского проспекта (ул. Малышева) и Уктусской улицы (ул. 8 Марта). Стоимость земельного участка и недвижимости была равна 50 тыс. рублей.
Масштабная благотворительная деятельность Рожнова в 90-е гг. вызвала одобрение современников и принесла ему широкую известность, плодами которой он не успел насладиться. В июле 1898 г. Михаил Федорович скончался. 14 июля он был отпет в Свято-Духовской церкви и похоронен на кладбище Ново-Тихвинского женского монастыря. К сожалению, могила одного из самых значительных уральских благотворителей не сохранилась, так как была вместе с кладбищем уничтожена в советский период истории.

Рожнов Михаил Федорович // Благотворительность на Урале: парадоксы времени. - Екатеринбург, 2003
[Мат-лы к Русск.некрополю. В.1. СПб.,2003]


Мамина (Стапанова) Анна Семёновна
(....1831 – 21.03.1910) — мать русского прозаика и драматурга Дмитрия Наркисовича Мамина-Сибиряка. Родилась в Горном Щите в семье сельского священника, Семена Стефановича (Степановича) Степанова. Ее образование в родительском доме ограничилось только умением читать, писать и считать по первым правилам арифметики, также чтением душеполезных книг.
В возрасте 17 лет она вышла замуж за выпускника Пермской духовной семинарии Наркиса Матвеевича Мамина. Она скоро усвоила стоический принцип  своего мужа: «Не завидовать и нечего не желать того, что является излишеством».
В Висимо-Шайтанском заводе прошли самые счастливые годы Анны Семеновны. Здесь родились ее дети: Дмитрий, Владимир, Елизавета. Анна Семеновна в свободное время занималась рукоделием или читала. Многие произведение Пушкина, Лермонтова, Некрасова она знала наизусть. С ней интересно было беседовать, так как она была сведуща в истории русской литературы, что совершенно не походила на пресловутую «деревенскую попадью».
Всю жизнь Дмитрий Наркисович боготворил мать. Она была для него непререкаемым авторитетом. Каждое ее слово было для него законом. Взрослый мужчина, известный писатель, он подчинялся ей, как мальчишка. Двух дней не мог прожить без того, чтобы с ней не повидаться. Много говорил о своих работах, о своих планах, надеждах. С матерью он всегда был неизменно нежен, почтителен, покорен. Лучшего сына трудно было себе представить!
В 1891 году Мамин-Сибиряк уехал в Петербург. Каждое воскресенье в девять часов вечера он заводил настенные часы и садился, чтобы написать письмо в Екатеринбург. Сохранилость 450 писем Д. Н. Мамина-Сибиряка матери, написанные в разное время. Всю жизнь он писал слово «Мама» только с большой буквы.

Мамин Владимир Наркиссович
(....1863 – 28.12.1909) — родился в посёлке Висимо-Шайтанского завода (Висим) в семье потомственного почётного гражданина, священнослужителя Наркиса Матвеевича Мамина и его жены, Анны Семеновны. В 1882 году Владимир окончил Екатеринбургскую гимназию с золотой медалью.
В 1887 году Мамин выпустился с историко-филологического факультета Московского университета. Сотрудничал с газетой «Русский курьер». Три года спустя, в 1890 году, Владимир Мамин окончил юридический факультет Демидовского лицея в Ярославле (или юридический факультет Московского университета). Стал кандидатом права.
С 1890 года Мамин был присяжным поверенным при Екатеринбургском окружном суде. Он часто выступал на сложных судебных процессах. Мамин был автором многих научных трудов по юриспруденции, некоторые из них хранятся в фондах Объединенного музея писателей Урала.
Владимир Мамин также являлся золотопромышленником: в 1897 году он стал совладельцем компании по эксплуатации 21 прииска в Оренбургской губернии, в 1909 году — соучредителем и директором «Ольгинской золотопромышленной акционерной компании». В этот период — участник съездов уральских золотопромышленников, считался одним из создателей золотодобывающей промышленности на Урале.
Параллельно Владимир Наркиссович, как и его брат, занимался литературной и журналистской деятельностью, а также театральной критикой: был председателем и заведующим литературным отделением Общества любителей изящных искусств в Екатеринбурге. Состоял членом Уральского общества любителей естествознания с 3 ноября 1890 по 1909 годы. Он также работал сотрудником газеты «Уральский край».
В 1905 году Мамин стал одним из организаторов Екатеринбургского отдела кадетской партии (вместе с нотариусом А. А. Ардашевым и Л. А. Кролем): был товарищем председателя, затем — председателем Екатеринбургской группы конституционных-демократов.
На выборах в Первую Государственную Думу он входил в список кандидатов от кадетов. На губернском избирательном собрании 6 февраля 1907 года Мамин был выборщиком от съезда городских избирателей Екатеринбурга. Избрался в Государственную Думу Российской империи второго созыва (1907) от общего состава выборщиков Пермского губернского избирательного собрания.
Был похоронен на Втором монастырском кладбище в Екатеринбурге, рядом с матерью.

Татищев Илья Леонидович
(24.12.1859 – 10.06(07?).1918) — граф, генерал-адъютант свиты императора Николая II (1905), генерал-лейтенант, числился по гвардейской кавалерии. Сын генерала Леонида Александровича Татищева (1827-1881). Окончил Пажеский корпус. Служил с 1879 года  в лейб-гвардии гусарском полку. Адъютант командира Гвардейского корпуса с 9.05.1885 по 10.04.1890 года. Был адъютантом третьего сына Александра II, великого князя Владимира Александровича, главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа с 10.04.1890 года по 11.11.1905 год. В 1895 произведен в полковники. С 1905 — генерал-майор свиты Его Императорского Величества. В 1910 произведен в генерал-адъютанты. В 1910–1914 гг. состоял от Российского Высочайшего Двора в свите при императоре Вильгельме II. Состоял до смерти членом Свято-Князь-Владимирского братства.
Добровольно последовал с Царской семьей в ссылку в Тобольск, сопровождал царских детей при переводе их из Тобольска в Екатеринбург, где по прибытии 23.05.1918 г. был арестован и посажен в тюрьму. Вместе с князем В. А. Долгоруковым расстрелян большевиками в Екатеринбурге 10 июля 1918 года. «Я желал бы только одного, чтобы меня не разлучали с Государем и чтобы дали умереть вместе с ним» — говорил Татищев Пьеру Жильяру. Их вывели за кладбище и расстреляв, даже не зарыли. Останки их были обнаружены белогвардейцами при взятии Екатеринбурга. Канонизирован в 1981 году РПЦЗ под именем святого мученика воина Ильи.

«28 мая / 10 июня стало последним днем земной жизни генерала Татищева. По воспоминаниям А. А. Волкова, в камеру пришли два надзирателя и велели графу Татищеву идти в контору. И. Л. Татищев побледнел, но спокойно простился с Волковым и ушел. В конторе его ждали вооруженные чекисты. Один из них, Г. П. Никулин, потом рассказывал, что приказание об убийстве графа Татищева и князя Долгорукова дал Н. Бобылев, исполнявший в то время обязанности председателя Уральской ЧК. Далее Никулин говорит: «Взяли мы извозчиков из ЧК, Валька Сахаров сел в повозку с Татищевым, я — с князем Долгоруковым. Взяли все их чемоданы и говорим: „Повезем вас в ссылку, на разъезде сядете в поезд“»50. Чекисты вывезли графа и князя на окраину Екатеринбурга и расстреляли. Тела убитых были брошены в лесу возле Ивановского кладбища. Вскоре после убийства они были найдены. Князя Долгорукова опознали по расписке в получении от него 80 000 рублей, а графа Татищева — по английскому пальто. Останки были погребены сестрами Ново- Тихвинского монастыря, скорее всего на монастырском кладбище. Об этом известно со слов чекиста А. Кабанова, сообщившего, что «трупы монахини похоронили на кладбище»». 



(13.08.1868 — 10.06(07?).1918) — генерал-майор свиты Его Императорского Величества (1912), удостоенный придворного звания «в должности гофмаршала».
Василий Долгоруков родился в семье князя Александра Васильевича Долгорукова (1839—1876) и княгини Марии Сергеевны (1846—1936). После смерти отца, отчимом Василия стал обер-гофмаршал граф Павел Константинович Бенкендорф. По линии отца — внук военного министра князя Василия Андреевича Долгорукова и графини Ольги Карловны Сен-При, по матери — члена Государственного Совета князя Сергея Алексеевича Долгорукова и графини Марии Александровны Апраксиной.
В 1880 году окончил Пажеский корпус, по окончании которого в чине корнета получил назначение в Конный лейб-гвардии полк.
1907 год — адъютант Его Величества Императора Николая II.
В марте 1910 года был произведён в чин генерал-майора.
16 марта 1910 — 3 марта 1912 года — командир 3-го драгунского Новороссийского полка.
3 марта 1912 — 4 февраля 1914 — полковой командир Конно-гренадёрского лейб-гвардии полка, Свиты Его Величества генерал-майор.
Во время Первой мировой войны находится в при императоре в ставке.
14 августа 1917 года добровольно последовал за Императором и Императрицей в качестве сопровождающего (вместе с графиней Гендриковой) к месту ссылки императорской семьи. Во время заточения всегда рядом с Государем: пилит дрова, чистит снег, копает землю. Князь не только сочувствует Николаю II, но и старается защитить его.
30 апреля 1918 года по приезде в Екатеринбург князь Долгоруков был арестован «в целях охраны общественной безопасности[2]». Его поместили в политическое отделение екатеринбургской тюрьмы. Чекисты попытались обвинить его в планировании побега царской семьи из ссылки. Историки называют эти обвинения несостоятельными.
10 июля 1918 года он расстрелян в лесу под Екатеринбургом, брошен убийцами незахороненным. Тело было найдено и погребёно только осенью 1918 года, после того, как в город вошли части Белой армии.


«28 мая / 10 июня стало последним днем земной жизни генерала Татищева. По воспоминаниям А. А. Волкова, в камеру пришли два надзирателя и велели графу Татищеву идти в контору. И. Л. Татищев побледнел, но спокойно простился с Волковым и ушел. В конторе его ждали вооруженные чекисты. Один из них, Г. П. Никулин, потом рассказывал, что приказание об убийстве графа Татищева и князя Долгорукова дал Н. Бобылев, исполнявший в то время обязанности председателя Уральской ЧК. Далее Никулин говорит: «Взяли мы извозчиков из ЧК, Валька Сахаров сел в повозку с Татищевым, я — с князем Долгоруковым. Взяли все их чемоданы и говорим: „Повезем вас в ссылку, на разъезде сядете в поезд“»50. Чекисты вывезли графа и князя на окраину Екатеринбурга и расстреляли. Тела убитых были брошены в лесу возле Ивановского кладбища. Вскоре после убийства они были найдены. Князя Долгорукова опознали по расписке в получении от него 80 000 рублей, а графа Татищева — по английскому пальто. Останки были погребены сестрами Ново- Тихвинского монастыря, скорее всего на монастырском кладбище. Об этом известно со слов чекиста А. Кабанова, сообщившего, что «трупы монахини похоронили на кладбище»». 


(11.11.1836 — ...192..) — художник-иконописец.
Родился в Москве, в семье небогатых мещан. Его родители имели дом на Арбате, где впоследствии были мастерские художника и его жены.
Василий Иванович много сделал для уральских храмов, потрудился по благоустройству Симоно-Анненской церкви Николаевского мужского Верхотурского общежительного монастыря.
Им были произведены большие работы в Никольском храме в Верхотурье. В трапезной половине устроен второй ряд круглых окон; стены, как в храме, так и в алтаре украшены живописными священными картинами и орнаментами.
С 1888 года одним из компаньонов Батовых (династия резчиков, известных с 1783 по 1912 год, владевших в Екатеринбурге иконостасной, мебельной и столярной мастерскими стал признанный в городе живописец В.И. Звездин. Он участвовал в изготовлении иконостаса для Крестовой церкви архиерейского дома в Екатеринбурге и величественного иконостаса для храма на Лайском заводе.
Вскоре Звездин открыл собственную мастерскую церковной живописи "В.И. Звездин с сыновьями". В 1890 году художник тесно сотрудничал с иконописно-живописной мастерской Екатеринбургского Ново-Тихвинского женского монастыря и являлся постоянным компаньоном известных иконописных мастерских Батовых, Голошевых.
К четырёхсотлетию города вышла книга об уральской церковной живописи "Уральская икона", где есть глава о мастерской церковной живописи В.Н. Звездина.
Жена В.И. Звездина Елизавета Алексеевна, "московская цеховая мастерица", занималась шитьём на заказ, в том числе и духовного платья.
Осознавая особую значимость города Верхотурья для жизнедеятельности Российского государства, Император Пётр I повелел вести здесь строительство храмов так, чтобы не хуже столичных зданий были. Лучшие московские мастера (среди них был и Василий Иванович Звездин) начали строительство Верхотурского Кремля, Свято-Троицкого собора.
От Кремля сегодня, за годы безбожия, ничего не осталось, а вот собор полностью уничтожить не удалось.
В 1888 году В.И. Звездин расписал Преображенский храм Николаевского монастыря.
Обидно, что следы В.И. Звездина в Верхотурье почти не сохранились. Храмы Николаевского мужского монастыря пострадали особенно. Николаевский храм вообще был взорван, а Преображенский - использовали в годы Советской власти как спортзал колонии; толстый слой извести, нанесённый на стены бывшего храма, уничтожил уникальную роспись. Частично сохранилась роспись Свято-Троицкого храма.
Сохранилась часть росписи икон, портретов, выполненных талантливым мастером и в других городах Урала: в Верхней Салде, Екатеринбурге, Челябинске, Шадринске.
В последние годы жизни Василий Иванович Звездин ослеп. Умер он в начале 20-х годов XX века в Екатеринбурге. Отпевали художника в Екатерининском соборе, похоронили на монастырском кладбище. Этот монастырь и кладбище тоже были уничтожены большевиками.

(26.09.1825 г. в Вологодской губернии — 14.12.1905 г. в г. Екатеринбурге) — Главный начальник Уральских заводов. Учредитель и первый председатель «Екатеринбургского общества правильной охоты» утвержденного 16.12.1887 года.
Родился в семье управителя Онежским соляным правлением Павла Михайловича Иванова. Отец его, горный инженер П. М. Иванов, начинал свою карьеру на Урале, потом полтора десятка лет работал в Вологодской губернии, а в 1826 году был назначен горным начальником Гороблагодатских заводов и вернулся на Урал. Семья у Павла Михайловича была немаленькой — шестеро сыновей и четыре дочери. Все сыновья пошли по стопам отца и нашли себя на горной службе. Старшие — Михаил, Иван, Николай, Фёдор и Андрей — служили на Урале, а младший — Павел — на Алтае. Забегая немного вперед, скажу, что из большой династии горных инженеров Ивановых в Златоустовском горном округе служил не только Иван Павлович, но и его брат Николай, и внучатый племянник Пётр.
Иван Павлович окончил Петербургский институт корпуса горных инженеров (1847), горный инженер. С 1847 г. — в Златоустовском горном округе; с 1848 г. — смотритель Березовских золотых промыслов.
С 1852 г. — смотритель Златоустовского завода; с 1858 г. — исполняющий обязанности управителя Златоустовской оружейной фабрики, управитель Кусинского завода: коренным образом перестроил плотину Кусинского завода. С 1864 г. — горный начальник Златоустовских заводов и директор оружейной фабрики: руководил опытами по применению доменной печи системы В. К. Рашета на Саткинском заводе. В 1871 г. — исполняющий обязанности главного начальника Уральских горных заводов. В 1872 г. — член комиссии по разработке правил отчетности и счетоводства.
...
Семь лет — с января 1864 года по июнь 1871-го И. П. Иванов руководил Златоустовским горным округом.
...
В 1865 году Златоустовский завод получает официальный статус города и становится административным центром Златоустовского уезда вновь образованной Уфимской губернии. Надо полагать, что большую роль во всём этом сыграл и горный начальник Златоустовских заводов И. П. Иванов. К слову, не забывал он и про культурные нужды — именно при нём в 1868 году был открыт первый в Уфимской губернии книжный склад. Я об этом говорю потому, что хотя Златоуст и стал в 1865 году городом, но органы местного самоуправления были сформированы значительно позднее (в 1874 – 1875 годах), а в описываемый период роль горного начальника продолжала оставаться судьбоносной во всех делах.
14 мая 1871 года И. П. Иванов был назначен исправляющим должность Главного начальника горных заводов Уральского хребта. Златоустовский период в его жизни, составивший более десяти лет, подходил к концу. В Златоусте поручик Иванов дослужился до генеральского чина действительного статского советника (в 1867 году Корпус горных инженеров был преобразован в гражданское ведомство, а горные инженеры получили гражданские чины). Здесь у него родились все дети — дочери — Мария, Екатерина и Александра; сыновья — Николай, Евгений, Александр и Павел.
В 1872 – 1896 гг. — главный начальник Уральских горных заводов: способствовал введению горячего дутья в доменных печах, распространению сварочных и пудлинговых печей Сименса, введению бессемерования. Содействовал улучшению лесного хозяйства на Урале. Участвовал в общественной жизни Екатеринбурга: в 1871 – 1897 гг. — президент УОЛЕ. Член минералогического общества (1872).
Четверть века, с 1871-го по 1896-й, И. П. Иванов стоял во главе уральской горнозаводской промышленности, занимая посты Главного начальника горных заводов Уральского хребта (1871 – 1886) и Главного начальника Уральских горных заводов (1886 – 1896).
...
Значительного развития при нём достиг Пермский пушечный завод, улучшено лесное хозяйство Урала. Сразу по приезде в Екатеринбург Иван Павлович был избран президентом созданного в 1870 году Уральского общества любителей естествознания (УОЛЕ), которым оставался до 1897 года (позднее его изберут пожизненным почётным президентом УОЛЕ). И здесь он не занимал пост президента чисто формально, а оказывал УОЛЕ значительную помощь — его трудами обществу в 1886 году было выделено отдельное обширное помещение для музея. С 1872-го И. П. состоял членом Императорского С.-Петербургского минералогического общества, а 1890 году стал его почётным членом. Полвека на службе. В 1888 году был избран председателем Екатеринбургского общества правильной охоты.
В мае 1895 года Екатеринбург широко отмечал 50-летие горной службы Ивана Павловича Иванова. Хотя Институт корпуса горных инженеров И. П. Иванов окончил в 1847 году, на горной службе он состоял с 31 мая 1845 года, с момента получения первого классного чина прапорщика КГИ. Поздравить юбиляра со всего Урала и России съехалось 26 делегаций, в его адрес поступило более сотни телеграмм из России и из-за границы. «Горный журнал» подробно рассказал о юбилее Иванова в своём майском номере за 1895 год.
...
В 1896 году Иван Павлович Иванов подал в отставку и оставил пост руководителя горнозаводского Урала, дослужившись до чина тайного советника (генерал-лейтенанта). Скончался он на 81-м году жизни в Екатеринбурге 14 декабря 1905 года и был похоронен в Новодевичьем монастыре города Екатеринбурга.
Награжден орденами Святого Станислава III степени (1860), Святой Анны III степени (1863), Святого Станислава II степени (1865), Святой Анны II степени (1868), Святого Владимира III степени (1872), Святого Станислава I степени (1875), Святой Анны I степени (1882), Белого Орла (1895). Тайный советник (1885).

Коровин Симеон  
(... – 13.02.1918) — семинарист. В ночь на 13 февраля пьяными матросами Северного революционного отряда, проходившего через Екатеринбург, был зверски убит воспитанник Екатеринбургской Духовной Семинарии Семен Коровин. Причем был убит, как показало следствие, из хулиганских побуждений. Отпевание совершил епископ Григорий (Яцковский), при
большом стечении духовенства. Похороны состоялись 17 февраля на кладбище Новотихвинского монастыря и превратились в стихийный митинг, собравший множество людей.
Лавринов В., протоиерей. Екатеринбургская епархия. События. Люди. Храмы. Екатеринбург: Изд-во Урал. университета, 2001. 336с. 
С.28. 

Список будет пополняться. 

2 комментария:

  1. Анонимный17 мая 2016 г., 22:41

    Мне кажется, это бесценная подборка научных изысканий. Даже не верится, что еще остались такие целеустремленные краеведы. Низкий поклон Вам!

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Благодарю Вас за теплый отзыв и интерес к этой теме.

      Удалить