Город сильных. Как Екатеринбург объединил двух совсем разных основателей

«Информационное телеграфное агентство России (ИТАР-ТАСС)»
Виктория Ивонина 

На месте Екатеринбурга сейчас могли бы быть Уктусск, Исетск, Екатерининск или вообще пустырь. Но, кажется, этому городу суждено было стать промышленным центром и опорным краем державы. Несмотря на неприязнь его основателей, Вильгельма де Геннина и Василия Татищева, друг к другу, оба они верили, что именно этот завод-крепость поможет Российской империи обрести величие. В год 300-летия Екатеринбурга рассказываем, что задуманного за четыре дня города могло бы не быть из-за немецкой педантичности

Наладить медеплавильное производство

Одним из основателей Екатеринбурга называют Василия Татищева — офицера, который до приезда на Урал еще 17-летним юношей во время Полтавской битвы успел удостоиться особого внимания Петра I. В дальнейшем Петр отправил Василия Никитича в Германию, где тот четыре года изучал артиллерийское дело и инженерные науки.

В начале XVIII века активизируется строительство заводов на Урале, особенно на новых, еще не занятых землях. На эту территорию столица обращает внимание из-за недостатка меди — не из чего было чеканить монеты. При этом железоделательные заводы, которые успешно работали на Урале, особо никого не интересовали.

"Часто говорят, что Татищева отправили на Урал управлять промышленностью, но на самом деле все было очень-очень скромно. Его отправили наладить медеплавильное производство. Дело в том, что в ведомство Берг-мануфактур-коллегии, которая отвечала и за промышленность, отдали монетный двор. Для чеканки монет нужен металл. Почему Татищева? Не потому, что он хороший инженер, да и в горном деле он мало что понимал на тот момент, у него были только общие представления, и уж тем более плавкой металла он никогда не занимался. Отправили по принципу: больше некого", — считает доцент кафедры истории России Уральского федерального университета и старший научный сотрудник УрО РАН Михаил Киселев. Тем не менее Татищев считался хорошим организатором, человеком деятельным, чрезвычайно энергичным и, как бы сейчас сказали, креативным.

Как бы то ни было, 9 марта 1720 года Петр I выпустил указ, согласно которому капитан-поручик артиллерии Василий Никитич Татищев снаряжался в Сибирь: "в Сибирской губернии на Кунгуре и в прочих местах, где обыщутся удобные места, построить заводы и из руд серебро и медь плавить".

История сложилась бы по-другому

Итак, Татищева отправляют на выплавку меди в районе Кунгура (ныне Пермский край), вдобавок поручают также Уктусский завод на Среднем Урале, там тоже одно время плавили медь. Едет он не один, а в компании немецкого специалиста Иоганна Фридриха Блиера, который должен отвечать за техническую часть.

В Кунгуре Татищев столкнулся с проблемой: Блиеру не удается справиться с местной рудой, она сильно отличается от той, с которой он обычно работал. Из Кунгурского уезда Татищев писал, что у него есть данные о хорошей медной руде в Томском уезде и о том, что, если бы у него была еще пара специалистов, кому можно поручить дела, он бы поехал в Томск, пересказывает слова капитана Киселев.

Он отмечает, что если бы тогда Татищеву дали добро, то история сложилась бы совсем по-другому и Екатеринбург, возможно, не появился бы. Но ответа не было почти полгода. Тогда Татищев решил оставить Кунгур и изучить дела на Уктусском заводе, куда он приехал 30 декабря 1720 года.

Рисунок Уктусского завода с выставки "Не словом, а делом.
Выставка о Петре Великом и Никите Демидове" © Игорь Пермяков /ТАСС

"Вообще Татищев был очень инициативный человек, это проявлялось во всем. Вот его отправляют на Урал плавить медь, дают инструкцию. Он сразу направляет список вопросов — чего ему в этой инструкции не хватает. Один из таких вопросов, который он задает: я слышал, что в Сибири много шведских пленных, могу ли я их привлекать к работе? Вопрос простой и гениальный. В Сибири в это время около 6 тыс. пленных, одно из крупных поселений как раз под Алапаевским заводом. А Швеция в это время — лидер металлургии. Казалось бы, простая идея, но никто до Татищева ее даже не озвучивал", — поясняет Киселев.

1 января 1721 года он вызвал нескольких пленных шведских офицеров для совета по новому заводу. Идея Татищева проста: не нужно искать серебро, чтобы обогатиться, нужно ковать железо и продавать его за серебро. Он пишет в столицу, что здесь нужно построить большой завод, и, не дожидаясь ответа, начинает заготовку стройматериалов.

Четыре дня понадобилось Татищеву, чтобы принять такое решение. Он не стал ограничиваться разовой миссией, а взялся за создание Канцелярии горного дела, организовал ее работу, подготовил документацию (историки фиксируют настоящий "взрыв" документов в этот период), пишет инструкции для сотрудников. Такой системный подход он проявляет во всем. Например, только приехав на Уктусский завод, он возмущается местным комиссаром, выполнявшим функции судьи. У того даже не было Соборного уложения, то есть не было понятно, по каким законам и как он судил.


На месте остро не хватает образованных людей, и Татищев ставит вопрос о создании школ и обучении крестьян грамоте. Это, уверен Татищев, будет полезно для всего государства.

Забытый Михаэлис

Из столицы на эти действия приходит ответ: работу свернуть и действовать по изначальному плану. Однако Татищев заваливает столицу письмами и чертежами будущего завода, так что ему все же разрешают строить завод — маленький. Татищева это не устраивает, и он решает поехать в столицу и решить все вопросы лично. Там он добивается одобрения целого списка решений, в том числе получает себе новых специалистов.

Но эта деятельность начинает вредить уральскому заводчику Никите Демидову, который к тому времени прочно обосновался на Урале и планировал превратить его в свое царство. Между промышленниками начинается конфликт, и Татищева отправляют под следствие — строительство завода вновь откладывается.

"Самое интересное, в его отсутствие на Урал приезжает человек, которого сейчас никто не помнит. Берг-советник Иоганн Мартин Михаэлис. По чину он был старше Татищева — по Табели о рангах был наравне с полковником. Он был специалистом, который знал металлургию, его специально из Саксонии выписали. И по идее, Михаэлис тут оказался старшим: Татищев под следствием, де Геннин еще не приехал", — рассказывает Киселев.

Педантичный Михаэлис решает замыслы Татищева по строительству на Среднем Урале свернуть и действовать по изначальному указанию: плавить медь в Прикамье, куда он и переехал. Чопорного немца не впечатлила глухомань вокруг Уктусского завода, он выбрал комфортный Соликамск, где обосновался и куда решил перевезти за собой и новое управление.

"Михаэлис, видимо, человек был достаточно неприятный, заносчивый. Русского языка он не знал и изучать не стремился. Тот же Геннин, когда приехал, уже говорил по-русски, многие письма писал сам, и в них видно, как совершенствуется его русский язык. Михаэлис даже не ставил перед собой такой задачи: контракт кончится, глядишь, и обратно на родину. Геннин относился к нему пренебрежительно, особо выдающимся специалистом его не считал, хотя признавал, что среди прочих равных с ним можно работать, учитывая постоянную нехватку кадров. В письмах от Геннина проскакивают упоминания Михаэлиса, очень часто с усмешкой", — поясняет доктор исторических наук, руководитель лаборатории эдиционной археографии УрФУ, главный научный сотрудник Института истории и археологии УрО РАН Дмитрий Редин.

Если бы все пошло так, как решил берг-советник, то Урал так и остался бы "демидовским", с центрами в Невьянске и Соликамске.

Начало строительства

Но, к счастью для Екатеринбурга, этого не случилось. Следствие в лице генерала Вильгельма де Геннина, соратника Петра Великого, встало на сторону Татищева, и они вместе приехали на Средний Урал. Историки говорят прямо: Геннин Татищева не любил. Людьми они были совершенно разными и вряд ли бы ужились под одной крышей, но честолюбивый Геннин готов был терпеть Татищева, поскольку считал его дельным человеком и перспективным специалистом. Изучив проект, он понял — завод на реке Исеть нужно строить.

В этот момент официально начинается строительство Исетского завода. В то время как у Татищева были амбиции, идеи и решения, у Геннина в дополнение ко всему этому были опыт, средства и царская инструкция. Ему не требовалось, как Татищеву, пытаться найти общий язык с чиновниками, он просто давал указания, а те были обязаны подчиниться.

Рисунок Исетского завода с выставки "Не словом, а делом.
Выставка о Петре Великом и Никите Демидове" © Игорь Пермяков /ТАСС

"Геннин как танк прошелся по всем чинам на Среднем Урале. Возбудил уголовные дела, посадил всех взяточников. Человек был масштаба большего, чем Татищев, и тем более большего, чем Михаэлис", — поясняет Редин.

Де Геннин дорабатывает план Татищева: нужен не просто завод, а завод и крепость одновременно. "Тогда, если говорить о названии, становится понятно, почему появилось окончание "бург", потому что речь шла про крепость, про будущий город. Если бы крепости не было, город мог бы сейчас называться, например, Исетск", — рассуждает Киселев.
Дата основания Екатеринбурга

Какое число считать датой основания Екатеринбурга — вопрос хоть и решенный, но спорный, отмечают историки. Традиционно, как, например, в случае с Санкт-Петербургом, днем рождения города считают момент закладки первого камня. Если вести отсчет от этого, то нужно говорить о 1721 годе, когда началась заготовка стройматериалов. В советское время дату условились исчислять от строительства завода.

"А когда в советское время праздновали день рождения завода? С момента запуска, выпуска первой продукции. Значит, если мы считаем Екатеринбург заводом, то считаем с ноября 1723 года. Но тут получается исторический парадокс. Геннин уже летом 1723 года дает название Екатеринбургу, то есть к концу лета такой город официально существовал, здесь работали госучреждения, а день рождения мы празднуем почему-то в холодном ноябре. Татищеву название, кстати, не нравилось. Он предлагал называть город на русский лад и подписывал документы "из Екатерининска", — поясняет Киселев. "Точнее, даже "Катерининска", а иногда и "Катеринска", — добавляет Редин.

В том же 1723 году, только в мае, Татищев определил место для строительства Егошихинского медеплавильного завода и участвовал в его закладке. Вокруг разросся впоследствии город Пермь, где Василия Никитича считают основателем.

Отцы-основатели

"Геннин Татищева мало того что не любил, но и совершенно этого не скрывал. В одном из писем Петру I Геннин написал: "Я и сам ево рожи колмыцкой не люблю, но видя ево в деле весма права… разсудителна и прилежна". Василия Никитича обвиняли во взятках, тогда, в 1720 году, как удалось выяснить, он их в прямом смысле этого слова не брал, принимая по традиции от местных крестьянских старост продукты питания, небольшие суммы денег "в почесть", — говорит Редин. Геннин, узнав об этом, с усмешкой писал, что местные "по их сибирскому маниру" приносят Татищеву подношения.

"Следствие выявило, что Татищев тратил это все не на себя, а на поддержку пленных шведских офицеров, которые консультировали его по горнозаводским делам. Не был Татищев близок Геннину и по духу", — поясняет Редин.

В принципе же Татищев от взяток не отказывался, но сам себя оправдывал, поясняет историк. Он различал мздоимство и лихоимство. Об этом Василий Никитич подробно написал в 1734 году в так называемой "Духовной" — своеобразном наставлении, адресованном сыну. Мздоимство, в его понимании, дело вполне допустимое и даже полезное, это деньги, которые тебе приносят люди за твою "сверхурочную" работу. Такое подношение не влечет со стороны чиновника нарушение закона, не наносит урона казне. Напротив, мзда лишь побуждает чиновника более добросовестно вникать в нужды просителя, стимулирует служебное рвение. А лихоимство, как он считал, — именно взятка, которая дается за то, чтобы облеченный властью предоставлял взяткодателю какие-то привилегии в обход закона.

"Он был человеком, склонным к доносам, чего за Геннином, например, не водилось. В конце концов он донес и на Геннина, забыв то добро, которое тот ему сделал. Он собрал какие-то слухи и написал донос, что Геннин брал взятки. Причем, когда началось расследование, Геннина даже не поставили в известность, чтобы не оскорбить. Естественно, ничего не подтвердилось", — добавляет Редин.

Татищев вместе с этим был выдающимся человеком своего времени, выдающимся представителем эпохи Просвещения, мыслителем, первым автором систематической "Истории Российской". Он хорошо освоил горнозаводское дело, был талантливым организатором. Но при этом всегда ревностно соблюдал собственные материальные интересы. "Мы любим вспоминать, что Татищев, например, передал свою богатейшую библиотеку по разным областям знания Екатеринбургу; она, в разрозненном виде, частями сохранилась до сих пор и рассредоточена по нескольким современным городским библиотекам. Но когда говорят "передал", это не совсем точно, потому что он ее продал", — отмечает Редин.

Вильгельм де Геннин написал объемное сочинение "Описание уральских и сибирских заводов", где не забыл упомянуть и про свои заслуги. Книгу, которую он стал готовить по распоряжению Сената в 1729 году, он написал за казенный счет: давал поручения подчиненным собирать материалы, делать иллюстрации — книга была богато оформлена, так как предназначалась в качестве подарка императрице Анне Иоанновне. Работа велась не только ради любви к науке, но и как важный политический акт. Сама книга "Описание уральских и сибирских заводов" была поднесена Анне Иоанновне в 1735 году. Часть материалов, которые он использовал для ее подготовки, осталась в Екатеринбурге.

Уехать нельзя остаться

Геннин рассчитывал, что приехал на Урал на год. Генералу было здесь неинтересно — глухомань. Да еще тяжелые воспоминания: здесь заболела и умерла его маленькая дочь. Он рассчитывал быстро наладить дела, оставить "царство" Татищеву и вернуться в столицу. Но в конце 1723 года Татищева отправляют на обучение в Швецию.

Геннин возвращается в Москву в начале 1725 года, перед этим Петр в письме одобряет ему окончание "командировки", но после кончины императора генерала снова отправили на Урал, где ему суждено было задержаться до начала 1734 года. Его отпустили только после того, как он увеличил производство вдвое и наладил работу еще нескольких, более мелких заводов.

Татищев после работы на Урале и изучения в Швеции экономики и финансов стал руководить Монетной конторой, начал писать научные труды, разработал рекомендации для правительства по стабилизации денежного обращения в стране.

В начале 1734 года его снова отправили на Урал руководить промышленностью, в 1737-м он возглавил сначала Оренбургскую, а затем Калмыцкую комиссии. В 1737 году он основал Ставрополь-на-Волге (ныне Тольятти), а в 1741-м стал астраханским губернатором. В 1745-м Татищева отстранили от должности, последние годы он прожил в опале в своем имении Болдино, где он писал свою многотомную "Историю Российскую", завершить которую не успел. В июле 1750 года его не стало.

"Вильям де Геннин и Василий Татищев были несхожи во многом, по сути — почти антиподы. Поэтому памятник в центре Екатеринбурга, где они стоят чуть ли не в обнимку, — это идиллическая фантазия, эдакая метафора, образ отцов-основателей. Идея создания города, выбор места — это Татищев. Сумел бы он воплотить свой замысел сам — не знаю. Все-таки Берг-коллегия его идею отвергла, он не смог ее пробить, коллежские руководители настаивали на реализации своего плана, который поддерживал Михаэлис, — много маленьких, быстро строящихся, быстро окупаемых медных заводов. Но город — крупнейший индустриальный многопрофильный гигант того времени, влиятельный отраслевой административный центр — построил Геннин, что называется, "от и до". Он выполнил задачу, которую поставил Петр: при нем значительно возросло количество заводов. Все, что мы видим в ближних и дальних окрестностях — новый Уктусский завод цесаревны Елизаветы (Верхнеуктусский), Верх-Исетский завод цесаревны Анны, Сысертский, Пыскорский, Лялинский, Егошихинский, — это все Геннин", — подытожил Редин.

Геннин и Татищев не были соратниками, скорее партнерами поневоле, которым приходилось друг с другом мириться. Но каждый из них внес свой вклад в то, чтобы Екатеринбург по сей день оставался одним из ведущих промышленных и научных центров страны.

Материал подготовлен с использованием гранта президента Российской Федерации, предоставленного Президентским фондом культурных инициатив.

Источник: https://tass.ru/v-strane/16849423

Эвакуация из Екатеринбурга. 1919 г.

Фрагмент мемуаров Владимира Петровича Аничкова (из книги «Екатеринбург — Владивосток» (1917–1922)

«Несмотря на ранний час, на улицах было большое движение, повсюду шли подводы, нагруженные домашним скарбом. Всё это были люди, потерявшие надежду найти место на поездах и решившие ехать в Тюмень на лошадях. Многие шли пешком с котомками за плечами. Армия не дралась, а уходила на обозах, и трёхдневная беспорядочная эвакуация ещё сильнее действовала на психику. А кто бежал? Из кого состояли эти десятки тысяч беженцев, идущих пешком по шоссе? “Буржуи”? Нет! Их был небольшой процент. Бежал народ, не сочувствовавший красным

На перекрёстке я случайно разговорился с одной бедно одетой, уже немолодой крестьянской девкой.
Она стояла неподалеку и, робко подойдя ко мне, спросила:
— Далёко ли можно идти по шоссе?
— Куда?
— Да вот от красных. Говорят, что недалёк уже конец света и дальше идти нельзя.
— Да ты сама-то откуда? — спрашиваю я.
— Мы-то с Польши.
— Как же ты попала на Урал?
— А как немцы подходили к нашей деревне, матка с батькой благословили меня и приказали уходить, я и пришла к вам на Урал.
— Как, пешком?!
— А то как же!.. Тут больше года работала на Верх-Исетском заводе, да вот они опять сюда идут.
— Кто, немцы?
— Не, красные… Говорят, они похуже немцев будут».

Эвакуация в Екатеринбурге. 1919 г.

Русская дворянка-беженка на пути из Екатеринбурга в Омск. 1919 г.

Американский консул, русский дворянин и его семья и сотрудники поезда
Американского Красного Креста после эвакуации из Екатеринбурга в Омск. 1919 г.

Авария на железной дороге вблизи Екатеринбурга. 1918-1919 г.

Авария на железной дороге вблизи Екатеринбурга. 1918-1919 г.

Фотографии:
Государственный музей-заповедник «Владивостокская крепость»

Госкаталог

11 февраля Екатеринбургская епархия отмечает 135 лет со дня образования

Екатеринбургская епархия ведет свою историю с 1885 года. В этот год Екатеринбургское викариатство Высочайшим указом императора Александра III было отделено от Пермской епархии и приобрело статус самостоятельной епархии. В ее состав вошли все уезды, находящиеся за Уральскими горами, а именно Екатеринбургский, Верхотурский, Ирбитский, Камышловский и Шадринский. Викарный епископ Нафанаил (Леандров) стал первым Екатеринбургским архиереем. Это был первый случай в России, когда в одной губернии имелись две самостоятельные епархии.

В новообразованной епархии насчитывалось 408 приходов с 428 храмами и 446 часовнями. В епархии служили 692 священнослужителя: 522 священника и 170 диаконов. Действовали четыре монастыря.

В 1986 году из состава Екатеринбургской епархии были выделены приходы Курганской области. В 2011 году Екатеринбургская епархия была преобразована в митрополию. Сегодня в составе Екатеринбургской митрополии пять епархий: Екатеринбургская, Нижнетагильская, Каменская, Серовская и Алапаевская.

 

Основные вехи истории Екатеринбургской митрополии

Средний Урал в составе Тобольской и Пермской епархий (XVII – 1885)

Конец XVI — начало XVII века — освоение и появление первых храмов и монастырей на восточном склоне Уральских гор (основание г. Верхотурье и Верхотурского монастыря).

1620 — открытие Тобольской епархии, в которую и вошла территория современной Екатеринбургской митрополии.

1694 — обретение мощей святого праведнего Симеона Верхотурского.

1704 — перенесение мощей из Меркушино в Верхотурский Николаевский монастырь.

1723 — строительство Екатеринбурга и закладка Екатерининской церкви.

1799 — территория Среднего Урала входит в состав открытой Пермской епархии.

1833 — открытие Екатеринбургского викариатства.

1836 — открытие Екатеринбургского мужского духовного училища.

Самостоятельная Екатеринбургская епархия (1885–1917)

1885 — 29 января (11 февраля) открытие самостоятельной Екатеринбургской епархии. В состав новой кафедры были переданы из Пермской все зауральские уезды: Екатеринбургский, Верхотурский, Ирбитский, Камышловский и Шадринский.

1916 — открытие Екатеринбургской духовной семинарии.

Екатеринбургская епархия в период активных гонений на Православную Церковь (1917–1943)

1918 — мученическая кончина святой Царской семьи и гонения на православное духовенство в годы гражданской войны.

1920-е – 1930-е — закрытие храмов и массовые репрессии против епископата, духовенства и мирян епархии.

Екатеринбургская епархия в период активных гонений на Православную Церковь (1917–1943)

1943 — восстановление деятельности Екатеринбургской кафедры. Ее границы включали территорию Свердловской и Курганской областей.

1961 — «хрущевские» гонения, закрытие второго храма Екатеринбурга Всех святых на Михайловском кладбище и других храмов епархии.

Возрождение церковной жизни на современном этапе жизни Православной Церкви на востоке Среднего Урала (с 1988)
1988 — празднование 1000-летия Крещения Руси в Екатеринбурге. Начала церковного возрождения.

1992 — закладка Храма Памятника на крови и возвращение мощей праведного Симеона Верхотурского в Верхотурский монастырь.

1994 — открытие Екатеринбургского духовного училища (впоследствии — семинарии), открытие самостоятельной Курганской епархии (с 2015 — митрополия).

2000 — прославление святых Царственных страстотерпцев, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II, первым из патриархов, посетил Екатеринбургскую епархию и побывал в монастырях Верхотурья и Алапаевска, в Нижнем Тагиле, освятил Свято-Троицкий кафедральный собор в Екатеринбурге, благословил устроение мужского монастыря Царственных Страстотерпцев на Ганиной Яме.

2003 — освящение верхнего алтаря Храма-Памятника на Крови.

2010 — Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл посетил епархию, освятив нижний придел Храма-на-Крови. Он побывал в монастырях Новомучеников Российских Алапаевска и Царственных страстотерпцев в урочище Ганина Яма, в Ново-Тихвинском в Екатеринбурге. Святейший Патриарх встретился с молодежью УрФО и с рабочими на предприятии УГМК в Верхней Пышме. Установлен праздник собора Екатеринбургских святых.

2011 — Правящим архиереем епархии назначен митрополит Кирилл (Наконечный). На территории области создано две новые епархии — Нижнетагильская и Каменская, объединенные в октябре 2011 года с Екатеринбургской в Екатеринбургскую митрополию.

2013 — Святейший Патриарх Кирилл вновь посетил епархию, побывав в монастыре Царственных страстотерпцев на Ганиной Яме, где заложил храм, в Храме-на-крови, храме «Большой Златоуст». Центральным событием визита стало освящение отреставрированного Александро-Невского монастырского собора в Екатеринбурге.

2015 — Екатеринбург посетили Блаженнейший Папа и Патриарх Александрийский и всей Африки Феодор II и Блаженнейший Патриарх Иерусалимский Феофил III.

2016 — прославлен доктор Евгений Боткин, принявшего мученическую кончину вместе с Царственными страстотерпцами.

2018 — празднование 150-летия со дня рождения святого страстотерпца царя Николая и 100-летия мученической кончины святых Царственных страстотерпцев. 13 июля 2018 г., для участия в торжествах в Екатеринбург прибыл Патриарх Московский и всея Руси Кирилл. На следующий день, 14 июля, в Духовно-просветительском центре «Царский» состоялось первое в истории Екатеринбургской епархии и всего Урала, заседание Священного Синода Русской Православной Церкви. 15 июля, Предстоятель Русской Церкви совершил в городе Алапаевске чин великого освящения храма в честь Феодоровской иконы Божией Матери в монастыре Новомучеников и исповедников Церкви Русской, а затем возглавил Божественную литургию в новоосвященном храме в сослужении постоянных членов Священного Синода и Преосвященных Екатеринбургской митрополии. В ночь c 16 на 17 июля 2018 г., в сотую годовщину расстрела Царской семьи, Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в сослужении 37 архипастырей совершил Божественную литургию на площади перед Храмом-памятником на Крови во имя Всех святых, в земле Российской просиявших. По окончании Божественной литургии Святейший Патриарх Кирилл возглавил традиционный Царский крестный ход от места мученической кончины святых Царственных страстотерпцев и их верных слуг до монастыря святых Царственных страстотерпцев в урочище Ганина Яма. Маршрут длинной 21 км прошли около 100 тыс. человек.

Решением Священного Синода от 28 декабря 2018 г. (журнал №111) из состава Каменской и Екатеринбургской епархий выделена Алапаевская епархия.

Источник: http://www.ekaterinburg-eparhia.ru/news/2020/02/11/22722/

«Большой поход Гумбольдта: Урал». Часть 1: Екатеринбург

Документальный фильм (Россия, 2019)

«Большой поход» отправляется по следам экспедиции Александра Гумбольдта!

Александр Гумбольдт принадлежал к числу наиболее одаренных и талантливых естествоиспытателей XIX века. Он родился в Берлине в 1769 году. За многолетнюю жизнь ученый написал более 600 трудов по разным вопросам естествознания. Его громадное научное наследие является одним из наиболее весомых из когда-либо и кем-либо созданных.

В конце 20-х годов позапрошлого столетия русское правительство пригласило Гумбольдта посетить Россию, и в частности Уральский горнопромышленный район. Учёный ещё раньше мечтал побывать на Урале и во внутренних районах Азии. Разумеется, он с воодушевлением принял предложение, и в 1829 году такая поездка состоялась.

В течение первой недели пребывания в Екатеринбурге Гумбольдт и его спутники посетили Шабровские и Березовские рудники, Верх-Исетский завод, Горнощитское месторождение мрамора, а также Гумешевский медный рудник и тамошнее месторождение малахита. 13 июня они отправились в десятидневную поездку на Северный Урал до Богословского завода. По пути осмотрели Невьянский и Нижнетагильский заводы, гору Благодать, платиновые россыпи, район Конжаковского Камня и некоторые другие объекты. Во время этой поездки Гумбольдт обратил внимание на значительные отклонения магнитной стрелки. Учёный правильно заключил, что это связано с неизвестными ещё залежами железных руд на восточном склоне Урала.

Программа создана при финансовой поддержке Русского географического общества.

Источник

Американские Экспедиционные Силы в Сибири, 1918-1920

Документальный фильм армии США: Американские Экспедиционные Силы в Сибири, Россия, 1918-1920 гг.

С 4:00 минуты показывают Екатеринбург.

В Музей изо привезли картины уральского художника, незаконно проданные в США больше 100 лет назад

Сам автор считал их безвозвратно утраченными для России

Картина «Первый снег»

Четыре картины уральского художника Алексея Кузьмича Денисова-Уральского привезли в Екатеринбург. Полотна, которые сам художник считал безвозвратно утраченными для России, можно будет увидеть со 2 февраля в Музее изо.

История новой выставки началась с экспозиции, которая была представлена в музее в 2014 году. Дело в том, что из двух прижизненных выставок Денисова-Уральского почти ничего не осталось: большая часть картин была известна лишь по каталогам и немногочисленным открыткам. Поэтому в музее изо тогда наряду с оригинальными полотнами показывали каталоги и открытки прижизненных выставок художника.

— Благодаря этой выставке мы познакомились с коллекционером Рифхатом Хасановым. У него оказалась одна из картин 1911 года, опубликованная в каталоге в виде черно-белой открытки, — рассказала E1.RU заведующая отделом декоративно-прикладного искусства ЕМИИ Людмила Будрина. — Мы начали с коллекционером общаться, и, когда на аукционах стали появляться картины Денисова-Уральского, он стал их приобретать, возвращая таким образом в Россию.

В итоге нашлись четыре картины Денисова-Уральского. «Первый снег», который Рифхат Хасанов узнал на открытке; две картины из утраченной выставки 1904 года, которые до начала 2010-х находились в США, — «Моя лодка у высокого лесистого берега Чусовой» и «Камень высокий по реке Чусовой»; а также «Холмы и леса» 1909 года.

Картина «Камень высокий по реке Чусовой»

Картина «Моя лодка у высокого лесистого берега Чусовой»

Интересно, что картины «Моя лодка у высокого лесистого берега Чусовой» и «Камень высокий по реке Чусовой» сам Денисов-Уральский считал безвозвратно потерянными для России. После Всемирной выставки в Сент-Луисе в 1904 году недобросовестный импресарио продал их на аукционе. До 2010-х годов они находились в США.

Выставка «Возвращение. Неизвестные произведения А. К. Денисова-Уральского из коллекции Р. Хасанова» можно будет увидеть до 31 марта на улице Воеводина, 5.

Недавно в Екатеринбург привезли 400-летнюю картину Питера Пауля Рубенса «Кающаяся Мария Магдалина с сестрой Марфой». Ее подлинность доказывали 40 лет.

Источник

Непотерянная культура: поляки отмечают 25-летие национальной организации на Урале

8 декабря 2017

Правительство Свердловской области 

Чеслава Петрушко — организатор и первый президент польского общества «Полярос», которое на Урале существует уже 25 лет. Ее заслуги в развитии национальной культуры признали и на родине, в Польше — в 1999 году Петрушко была награждена Кавалерским Крестом Республики Польша. Эту награду вручают полякам, живущим за границами Польши и внесшим большой вклад в развитие сотрудничества между Республикой и другими странами.

Воспоминания из детства у Чеславы особые: она родилась за две недели до начала Второй мировой войны и была девятым ребенком в семье. «Я попала в советский детский дом, где и воспитывалась. Хотя пресс детского дома был очень силен, я сохранила веру, я молилась на польском языке, у меня была тяга к знаниям. В детском доме было очень много польских детей. Католические семьи были многодетными, и часто в детский дом попадало сразу 5-6 родных братьев и сестер, которые потеряли родителей», — вспоминает Чеслава Петрушко.

Отношение у поляков к государству особенное. «Государство как семья будет всегда со мной», — говорят они. Опираясь на эти убеждения, Чеслава Петрушко организовала польское общество «Полярос», которое и сегодня, спустя 25 лет, объединяет не только уральских поляков, но и всех любителей национальной культуры, языка, литературы и кино.

Общество ведет деятельность по нескольким направлениям: пропаганда польской культуры, изучение истории поляков на Урале, сохранение народных и религиозных традиций, изучение польского языка. Члены организации проводят многогранную работу по развитию национальной культуры и знакомству с ней свердловчан.

Как рассказала нынешний президент екатеринбургского польского общества «Полярос» Марина Лукас, польская диаспора на Урале имеет давнюю историю, однако в течение прошлого столетия во многом была утрачена культура польского языка, забыты многие традиции. 

Организованное в 1992 году общество «Полярос» поставило перед собой задачу восполнить это пробел. При содействии вновь созданной польской диаспоры и лично первого президента национально-культурной организации на Урале появился католический костел, открылась Польская школа, куда пришли все те, кто был лишен возможности изучать язык своих предков в детстве и юности.

Свой юбилей общество «Полярос» отметило концертом польской музыки «Польская музыкальная гостиная». А в музыкальном вечере «Полярос собирает друзей» приняли участие коллективы, с которыми общество связывает многолетняя творческая дружба. Выступил перед публикой и ансамбль польской песни Kasia-Katarzyna – визитная карточка общества. Название его не случайное и ассоциируется с именем столицы Урала: Kasia в переводе — Катенька, а Katarzyna — Екатерина.

Участники Kasia-Katarzyna признаются: ансамбль стал одной большой семьей. В концертную деятельность, кроме самих участников ансамбля, вовлечены родители, мужья и дети.

«В последнее время стало доброй традицией выезжать в другие города семьями — мы, например, были в Закопанем, в Уфе и Казани, в Тюмени, Тобольске, Ялуторовске. Кроме того, стараемся хотя бы раз в год устраивать общие праздники, на которые собираются все – от самых маленьких до самых старших. Несмотря ни на что, в течение 15 лет один или два раза в неделю мы собираемся вечерами на репетиции. И чтобы не происходило, на репетициях у нас всегда хорошее настроение», — рассказывает Марина Лукас.

Ансамбль представляет польскую песенную культуру, в его репертуаре – много народных, а также современных эстрадных песен. Традиционно исполняют популярные колядки, современные рождественские песни. В 2011 году ансамбль пригласили выступить в посольстве Республики Польша на Рождественском вечере, в декабре 2014 года уральские поляки несколько раз выступили в Москве.

«Мы пели колядки в ходе Польской Мессе в соборе Непорочного Зачатия пресвятой Девы Марии и по окончании — в рамках небольшого концерта. Замечательный новый опыт — петь в костеле под аккомпанемент органа, пусть и электрического. Голоса звучат легко и свободно, хотя немного непривычен эффект эха. В 2015 году мы вновь выступили на Рождественском вечере в Посольстве. В новом формате этой праздничной встречи все гости вместе с нами воодушевленно пели польские колядки», — рассказали участники коллектива.

В этом году ансамбль Kasia-Katarzyna выступал на рождественских концертах в Польше, принял участие в конкурсе «С искусством по жизни», открытом конкурсе-фестивале Eurasia-cantat. А в целом за 15 лет провел сотни концертов на разных площадках в разных странах.

В рамках празднования 25-летия общества прошла встреча в Историческом клубе, где выступили Чеслава Петрушко, историк Алексей Чевардин, краевед Людмила Рябухо — говорили о богатой истории и культуре польского народа. По традиции члены общества почтили память польских ссыльных (памятники погибшим полякам установлены в поселках Озерный и Костоусово, что в Режевском районе), провели встречи с школьниками.

Среди мероприятий, которые в течение года проводит «Полярос», — рождественские встречи, семейный пасхальный праздник, польский диктант, празднование окончания учебного года в Польской школе и многие другие. Каждую субботу в Екатеринбурге собирается Польский клуб, на котором все желающие могут выступить с любой темой: польская история, культура, литература, музыка, театр.

«Полярос» является членом Конгресса Поляков России. Польское общество входит в состав Ассоциации национально-культурных объединений Свердловской области, является активным участником межнациональных мероприятий. А президент общества Марина Лукас является членом Консультативного совета по делам национальностей при губернаторе Свердловской области.

Источник: https://midural.ru

«Судить буду группой по волостям»

Документы Госархива Свердловской области о репрессиях участников Западно-Сибирского восстания 1921 г.¹
Опубликовано в журнале «Отечественные архивы» № 6 (2016)

Иллюстрация отсюда. Цветокоррекция ArtOleg.

Западно-Сибирское восстание 1921 г. — крупнейшее выступление крестьян в годы Гражданской войны против власти большевиков и политики военного коммунизма, охватившее в середине февраля всю Тюменскую и большую часть Омской губернии, Курганский уезд Челябинской губернии, Камышловский и Шадринский уезды Екатеринбургской губернии и районы нижнего течения Оби. На его подавление были брошены четыре стрелковые дивизии, несколько стрелковых и кавалерийских полков, четыре бронепоезда и отряды частей особого назначения. К началу июня основные очаги были ликвидированы, хотя отдельные отряды продолжали сопротивление до середины 1922 г.¹
В советское время история восстания исследовалась тенденциозно. Крестьяне, восставшие против продотрядов, рассматривались как «кулацкое отребье», враги советской власти². Перелом в научных оценках и интерпретациях произошел на рубеже 1980–1990-х гг. после публикации книги тюменского писателя К.Я. Лагунова³. В современной российской историографии наибольший вклад в изучение истории восстания внес новосибирский историк В.И. Шишкин, подготовивший о событиях 1921 г. серию научных статей⁴ и фундаментальные сборники документов⁵. Тем не менее в отечественных архивах хранится еще немало ценных документов, связанных с историей восстания. Например, в Государственном архиве Свердловской области (ГАСО) в фонде Екатеринбургского губернского революционного трибунала (Ф. Р-574) отложились политдонесения и доклады о деятельности выездных сессий и отделов Реввоентрибунала Приуральского военного округа (РВТ ПриурВО) и 1-й армии труда⁶, направленные его председателю Н.С. Пяткову⁷ за период с 1 января по 5 апреля 1921 г. Они позволяют уточнить масштаб красного террора при подавлении восстания. Стоит отметить, что выездные сессии были не только инструментом карательной политики советской власти, но и орудием политической пропаганды. Судебные заседания выездных сессий РВТ проводились публично, при большом стечении слушателей. Так, одно из заседаний в Курганском уезде Челябинской губернии собрало 5 тыс. человек⁸. Тексты приговоров, вынесенных выездными сессиями участникам восстания, печатались в типографиях и рассылались по селам и станицам, где не только расклеивались на стенах зданий, но и зачитывались на сельских сходах.

Сдача крестьянами хлеба по продразверстке
на продовольственный склад. Екатеринбург.
Декабрь 1920 г. Источник.

Публикуемые документы рассказывают об одной из шести выездных сессий, направленных в районы восстания. Речь идет о выездной сессии, которая под руководством Н.В. Жирякова⁹ в составе члена коллегии РВТ Спицина, военного следователя И.А. Малых¹⁰, инспектора-инструктора Тиханова, секретаря общей части РВТ И.Колегова, красноармейцев Ахмаджанова, Кокорина, Мальцева, Тагирова и Слезина 17 февраля 1921 г. выехала в Шадринский уезд Екатеринбургской губернии¹¹. Соответствующее решение 15 февраля 1921 г. принял Екатеринбургский губком РКП(б): «В прифронтовую полосу выехать трем выездным сессиям трибунала, поручив организацию сессии военному [трибуналу] совместно с губернским трибуналом. Губкому дать по одному представителю в каждую сессию»¹². 21 февраля выездная сессия РВТ прибыла в Шадринск и немедленно приступила к работе. О предварительных результатах Жиряков доложил 3 марта председателю РВТ ПриурВО и 1-й армии труда Н.С. Пяткову. Этот документ сам автор назвал «полуофициальным, полутоварищеским письмом» (Док. № 10). Письмо публикуется по подлиннику, хранящемуся в ГАСО. Кроме того, в фонде Екатеринбургского губернского комитета РКП(б) Центра документации общественных организаций Свердловской области (ЦДООСО) выявлена его машинописная копия¹³.
Письмо Жирякова — достоверное свидетельство о масштабах стихийного красного террора или, как его еще называют, красного бандитизма — внесудебных расправах низового актива партийных и советских органов над неугодными лицами. В 1920–1921 гг. это явление получило широкое распространение на Урале¹⁴ и в Сибири¹⁵. Особенно ярко оно проявилось в ходе подавления Западно-Сибирского восстания¹⁶. Публикуемые документы наглядно показывают, сколь уродливые формы принял красный бандитизм в Шадринском уезде: сотни крестьян, арестованных в зоне восстания волостными партийными ячейками без всяких доказательств, 60 расстрелянных в одном только селе Мехонском, самовольные конфискации, грабежи, мародерство (с арестованных снимали шубы, валенки, отбирали деньги и т. п.) (Док. № 8, 9, 10). Характерно, что Жиряков не решился возбудить уголовные дела против советских и партийных работников, замешанных во внесудебных расправах над крестьянами Шадринского уезда, он лишь угрожал судебным преследованием в случае продолжения красного бандитизма. Естественно, эта мера оказалась малоэффективной: осенью 1921 г. все в том же селе Мехонском членами местных сельскохозяйственных коммун было убито в ходе внесудебной расправы еще 10 местных жителей¹⁷.
Централизованный красный террор тоже был жесток, но все же более рационален, чем хаотичный красный бандитизм. Предложенная Жиряковым в инициативном порядке система наказаний участников восстания (расстрел — для главарей и активных участников, конфискация имущества — для рядовых участников, денежные штрафы — для поддержавшего восставших мирного населения) в целом соответствовала инструкциям и указаниям, которые давались вышестоящими органами власти¹⁸. Стоит отметить, что Н.С. Пятков дал Жирякову «добро» на применение этих карательных мер (Док. № 11).
За период с 18 февраля по 29 марта 1921 г. выездная сессия РВТ ПриурВО и 1-й армии труда под руководством Н.В. Жирякова рассмотрела 10 групповых дел крестьян 10 волостей (Мехонская и Усть-Миасская волости Шадринского уезда Екатеринбургской губернии; Кодская, Мостовская, Петровская и Терсютская волости Ялуторовского уезда Тюменской губернии; Брылинская, Салтысарайская и Тебенякская волости Курганского уезда Челябинской губернии), по которым проходили 444 человека, из них 276 были преданы суду. Выездная сессия приговорила: к заключению в концлагерь — 36 человек, в том числе 10 — условно; к заключению в исправдом — 74 человека, в том числе 68 — условно; к принудительным работам с лишением свободы — 10 человек, в том числе восемь — условно; к принудительным работам без содержания под стражей — 28 человек; к расстрелу — 90 человек, оправдала — 20 человек¹⁹. Кроме того, за этот же период выездная секция конфисковала у 97 человек все имущество, у 56 — половину; четыре волости были обложены денежным взысканием на общую сумму 3 млн руб., на двух человек наложено денежное взыскание в размере 50 тыс. руб. с каждого, еще на двух — по 25 тыс. руб., на трех — по 10 тыс. руб., на одного — 5 тыс. руб.²⁰
Таким образом, работа выездной сессии протекала в полном соответствии с принципами, изложенными в письме Н.В. Жирякова. Арестованных повстанцев судили не индивидуально, а большими группами. Наказания выносились либо максимально суровые (расстрел), либо относительно мягкие (денежные штрафы, условные сроки заключения). К реальным срокам заключения было приговорено всего 34 человека — почти в три раза меньше, чем к расстрелу. Кроме того, стоит учитывать, что многих из приговоренных к реальным срокам заключения впоследствии досрочно освободили либо сроки заключения им существенно сократили по амнистии ВЦИК от 2 ноября 1922 г.
По окончании основной работы по расследованию организации восстания и проведению репрессий против его участников на территории Шадринского уезда и смежных с ним волостей Курганского и Ялуторовского уездов Н.В. Жирякова отозвали в Екатеринбург. На посту председателя выездной сессии в апреле 1921 г. его сменил другой руководящий работник РВТ ПриурВО и 1-й армии труда — Ленский. Под руководством последнего было расследовано и заслушано еще девять групповых дел на участников восстания²¹. Всего с 30 марта по 28 апреля 1921 г. эта выездная сессия предала суду 280 человек, из которых 45 приговорила к расстрелу²², и, завершив свою работу, выехала из Шадринска в Екатеринбург²³.
Документы публикуются по правилам современной орфографии и пунктуации, с сохранением авторской стилистики. Пропущенные в тексте слова и части слов восстановлены и приведены в квадратных скобках. В заголовках документов (за исключением первого) опущены повторяющиеся наименования должностей корреспондентов, а в легендах — государственного архива, номера фонда и описи.
Вступительная статья, подготовка текста к публикации и комментарии М.И. ВЕБЕРА.

---

¹ См. подробнее: БРЭ. М., 2008. Т. 10. С. 251.
² См., напр.: Богданов М.А. Разгром Западно-Сибирского кулацко-эсеровского мятежа 1921 г. Тюмень, 1961.
³ См.: Лагунов К.Я. 21-й. Хроника Западно-Сибирского крестьянского восстания. Свердловск, 1991.
⁴ См.: Шишкин В.И. К характеристике общественно-политических настроений и взглядов участников Западно-Сибирского мятежа 1921 г. // Гуманитарные науки в Сибири. Сер. «Отечественная история». 1996. № 2. С. 55–62; Он же. К вопросу о новой концепции истории Западно-Сибирского восстания 1921 г. // Там же. 1997. № 2. С. 46–54; Он же. Западно-Сибирский мятеж 1921 г.: обстоятельства и причины возникновения // Социокультурное развитие Сибири XVII– XX вв. Бахрушинские чт. 1996 г.: Межвуз. сб. науч. тр. Новосибирск, 1998. С. 91–99; Он же. Западно-Сибирский мятеж 1921 года: достижения и искажения российской историографии // Acta Slavica Iaponica. 2000. T. XVII. Р. 100–129; Он же. К характеристике антикоммунистического повстанческого движения в Тобольском уезде в феврале – мае 1921 г. // Проблемы аграрного и демографического развития Сибири в XX – начале XXI в.: Материалы II Всерос. науч. конф. Новосибирск, 2014. С. 74–78; и др.
⁵ За Советы без коммунистов: Крестьянское восстание в Тюменской губернии. 1921: Сб. док. / Сост. В.И. Шишкин. Новосибирск, 2000; Сибирская Вандея. 1920–1921: Док.: В 2 т. / Сост. и науч. редактор В.И. Шишкин. М., 2001. Т. 2.
⁶ РВТ ПриурВО и 1-й армии труда был создан приказом по войскам Приуральского военного округа № 232/1 от 31 декабря 1920 г. на основе революционного военного и железнодорожного трибунала при 1-й армии труда, к которому присоединили РВТ войск внутренней службы в городах Перми, Челябинске, Вятке, Уфе. С декабря 1920 г. по апрель 1921 г. РВТ размещался в Екатеринбурге. С мая 1921 г. передислоцирован в Уфу. (http://ovs.svd.sudrf.ru/modules.php?name=info_court&id=7 (внешняя ссылка))
⁷ Пятков Николай Степанович (1893– 1937) – сотрудник органов советской гражданской и военной юстиции. Уроженец Пышминского Завода Екатеринбургского уезда Пермской губернии. Член РСДРП(б) с 1913 г. В 1919 г. заведующий Вятским губернским отделом юстиции, после освобождения Екатеринбургской губернии от колчаковцев – заведующий Екатеринбургским губернским отделом юстиции. С декабря 1920 г. председатель РВТ ПриурВО. Арестован 23 октября 1936 г. по обвинению в участии в контрреволюционной организации и террористических намерениях. Расстрелян, реабилитирован 28 мая 1957 г.
⁸ ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 8. Л. 38.
⁹ Жиряков Николай Васильевич (1896–1947) – сотрудник органов советской военной юстиции, в феврале 1921 г. заместитель председателя РВТ ПриурВО и 1-й армии труда. После подавления очагов восстания на территории Екатеринбургской губернии возглавил Екатеринбургский губернский ревтрибунал, впоследствии реорганизованный в губернский суд, стал его первым председателем (декабрь 1922 г. – март 1923 г.).
¹⁰ Малых Иван Антонович – военный следователь РВТ ПриурВО и 1-й армии труда. В 1922–1923 гг. работал следователем в Екатеринбургском губернском трибунале.
¹¹ ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 5. Л. 28.
¹² Там же. Д. 2. Л. 33.
¹³ ЦДООСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 307. Л. 56–57.
¹⁴ См.: Габушин К.Н. «Красный бандитизм» на Урале // Проблемы истории, филологии, культуры. 2011. № 1 (31). С. 135–142.
¹⁵ См.: Шишкин В.И. Красный бандитизм в советской Сибири // Советская история: проблемы и уроки. Новосибирск, 1992. С. 3–79; Тепляков А.Г. Красный бандитизм // Родина. 2000. № 4. С. 80–85.
¹⁶ См.: Третьяков Н.Г. Из истории ликвидации Западно-Сибирского крестьянского восстания 1921 г. («красный бандитизм») // Тоталитаризм в России (СССР) 1917–1991 гг.: оппозиция и репрессии: Материалы науч.-практ. конф. Пермь, 1998. С. 17–19.
¹⁷ ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 8. Л. 3.
¹⁸ См., напр.: Сибирская Вандея. 1920–1921: Док. Т. 2. С. 314, 371.
¹⁹ ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 6. Л. 172.
²⁰ Там же.
²¹ Там же. Л. 141.
²² Там же. Л. 174.
²³ Там же. Л. 167.

Список литературы
1. Богданов М.А. Разгром Западно-Сибирского кулацко-эсеровского мятежа 1921 г. Тюмень, 1961.
2. Габушин К.Н. «Красный бандитизм» на Урале // Проблемы истории, филологии, культуры. 2011. № 1 (31). С. 135–142.
3. Лагунов К.Я. 21-й. Хроника Западно-Сибирского крестьянского восстания. Свердловск, 1991.
4. Тепляков А.Г. Красный бандитизм // Родина. 2000. № 4. С. 80–85.
5. Третьяков Н.Г. Из истории ликвидации Западно-Сибирского крестьянского восстания 1921 г. («красный бандитизм») // Тоталитаризм в России (СССР) 1917– 1991 гг.: оппозиция и репрессии: Материалы науч. практ. конф. Пермь, 1998. С. 17–19.
6. Шишкин В.И. Красный бандитизм в советской Сибири // Советская история: проблемы и уроки. Новосибирск, 1992. С. 3–79.
7. Шишкин В.И. К характеристике общественно-политических настроений и взглядов участников Западно-Сибирского мятежа 1921 г. // Гуманитарные науки в Сибири. Сер. «Отечественная история». 1996. № 2. С. 55–62.
8. Шишкин В.И. К вопросу о новой концепции истории Западно-Сибирского восстания 1921 г. // Гуманитарные науки в Сибири. Сер. «Отечественная история». 1997. № 2. С. 46–54.
9. Шишкин В.И. Западно-Сибирский мятеж 1921 г.: обстоятельства и причины возникновения // Социокультурное развитие Сибири XVII–XX вв. Бахрушинские чт. 1996 г.: Межвуз. сб. науч. тр. Новосибирск, 1998. С. 91–99.
10. Шишкин В.И. Западно-Сибирский мятеж 1921 года: достижения и искажения российской историографии // Acta Slavica Iaponica. 2000. T. XVII. Р. 100–129.
11. Шишкин В.И. К характеристике антикоммунистического повстанческого движения в Тобольском уезде в феврале – мае 1921 г. // Проблемы аграрного и демографического развития Сибири в XX – начале XXI в.: Материалы II Всерос. науч. конф. Новосибирск, 2014. С. 74–78.

Автор(ы) публикации: М.И. Вебер

~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~~ 

№ 1–12
Документы выездной сессии РВТ ПриурВО и 1-й армии труда

21 февраля – [Не позднее 30 марта] 1921 г.

№ 1
Шифротелеграмма председателя выездной сессии РВТ ПриурВО и 1-й армии труда
Н.В. Жирякова председателю РВТ ПриурВО и 1-й армии труда Н.С. Пяткову
о прибытии в Шадринск

21 февраля 1921 г.

Секретно, литер «А»
Екат[еринбург], предреввоентрибунала Пяткову,
копия предгубчека Тунгускову¹,
предисполкому Парамонову², комвойск Мрачковскому³

Из Шадринска, № 615/а
Подана 21 [февраля 1921 г., в] 22 часа 10 мин.
Шадринск, 21 февраля. Сегодня прибыли. [В] Шадринске [в] политбюро² арестованных около семисот³ человек без следственного материала, информационный материал разбросан, среди арестованных масса пассивных участников восстания, попавших [в] таковое под угрозою бандитов. Место заключения [в] Шадринске переполнено. Сегодня же выезжаю [с] сессией [на] лошадях [в] село Мехонское, где находится другая партия арестованных – количество не выяснено. [В] Шадринске оставляю военследа⁴ Малых [для] ведения следствия [с] наказом освободить всех пассивных и несознательных участников [с] направлением [в] Комтруд⁴. [По] достоверным сведениям, часть главного комсостава бандитов расстреляна [на] фронте. Классовый состав арестованных пока выяснить не удалось [за] неимением материала, установлением чего будет сообщено дополнительно № 3/вс.

Зампредревтрибунала Жиряков

Пометы: «Шифров[анная]. Расшифров[ана] 22.02.[1921]», «К делу. 26.02.[1921]», «28.02.[19]21 [№]1 194», «Комвойск Мрачковскому», «№ 42. 08.03.[1921]».
ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 2. Л. 4. Телеграфный бланк. Рукопись. Карандаш.
№ 2
Телеграмма военного следователя И.А. Малых Н.В. Жирякову
о начале следствия по делам об участниках восстания

23 февраля 1921 г.

Секретно, лит[ер] «А»
Мехонка, предреввоентрибунала Жирякову

Из Шадринска
Принята 23 [февраля 1921 г.]
Шадринск, 23.02.[1921]. [За] два дня принял арестованных триста тридцать семь человек разных волостей, военнопленных [среди них] выясняю. [По] делу завсобез⁵ Дьякова веду следствие, что делать [с] обвиняемыми милиционерами? [О] последующем сообщу. № 8.

Военслед ревтрибунала Малых

Резолюция: «В дело. Жиряков».
Д. 6. Л. 132. Телеграфная лента. Рукопись. Карандаш.
№ 3
Приказ № 2/вс⁶ Н.В. Жирякова о запрете конвоирам отбирать личные вещи и деньги
у арестованных повстанцев

25 февраля 1921 г.

Приказ № 2/вс по выездной сессии
Ревтрибунала ПриурВО и 1-й армии труда

с. Мехонское Шадринского у[езда]

§ 1 До моего сведения дошло, что по отношению к арестованным бандитам допускается мародерство со стороны конвоиров и караула.
Для немедленного и коренного прекращения этого недопустимого явления приказываю:
1) Впредь не отбирать от арестованных ничего, кроме оружия и документов, которые обязательно сдавать коменданту РВТ как вещественные доказательства.
2) О всех случаях неисполнения первого параграфа немедленно сообщать в РВТ с указанием на виновных, для привлечения таковых по законам революц[ионного] военного времени.
3) Настоящий приказ сообщить для неуклонного исполнения коменданту и начальнику [караула], караулу и арестованным и вывесить на видных местах на гауптвахте.
Председатель выездной
сессии РВТ ПриурВО

Жиряков

Копии настоящего приказа посланы начальнику караула и пред[седателю] волисполкома. [Подпись]⁷.
Д. 6. Л. 27. Подлинник. Рукопись. Чернила.
№ 4
Шифротелеграмма Н.В. Жирякова Н.С. Пяткову
о присылке в Шадринск дополнительного
военного следователя

[Не позднее 25 февраля 1921 г.⁸]

<…>⁹
около Мехонки верстах [в] сорока. [В] последнем бою бандитами оказано упорное сопротивление, много выбито красного комсостава, [требуется] выслать агентов Чека [для] предупреждения нового взрыва. Категорически настаиваю выслать [в] Шадринск [в] помощь Малых опытного следователя, иначе дело запутывается и затянется. Местными организациями производится массовая конфискация имущества, дайте директиву как [с] этим быть. Жду ответ. № 22/ос. Жиряков.
Пометы: ««Вх[одящий] № 66. 15.03.[1921]», «Секретно. К делу».
Д. 2. Л. 1–2. Телеграфный бланк. Рукопись. Карандаш.
№ 5
Телеграмма И.А. Малых Н.С. Пяткову с просьбой
о присылке дополнительного следователя¹⁰

25 февраля 1921 г.

Ек[атерин]б[ург], предокрревтрибунала Пяткову

Из Шадринска
Шадринск, 25 февраля. [По] распоряжению Жирякова вышлите [в] помощь одного военследа [для] производства следствия. Арестованных более тысячи человек, материалу мало. № 9. Военследователь Малых.
Пометы: «Получено 28.02.[19]21. Вх[одящий] № 595», «Вх[одящий] № 26. К делу. 03.03.[19]21».
Д. 2. Л. 11. Телеграфная лента. Рукопись. Карандаш.
№ 6
Телеграмма И.А. Малых Н.В. Жирякову
о начале допросов арестованных повстанцев

26 февраля 1921 г.

г. Шадринск
Зампредтрибунала т. Жирякову Сообщаю, что списки на всех арестованных будут написаны и посланы. Завтра получу пишущую машину из упродкома, допросы и следствие начинаю. Арестованных поступать стало меньше. От Погорелова⁵ получил вчера, т[о есть] 25 февраля, две партии пленных гр[ажда]н здешнего уезда: одна 37, а вторая — меньше человек. Присылаю на усмотрение объяснение для наложения резолюции. Колесов арестован [по обвинению] в участии [в] нападающей на Дьякова банды милиционеров, мое мнение не освобождать, т.к. он уже допрошен 2 раза. Пяткову дал телеграмму – затребовал в помощь военследа. Пакет ваш получил, о запрошенных в списке сообщу дополнительно, завтра. Означенное объяснение прошу с резолюцией возвратить мне для приобщения к делу. Заказ протоколов допроса сделал, [когда] получу, то вам вышлю.
Военслед

Малых

Помета: «В дело. Жиряков».
Д. 6. Л. 123. Подлинник. Рукопись. Карандаш.
№ 7
Телеграмма Н.С. Пяткова Н.В. Жирякову об отправке
дополнительных военных следователей

26 февраля 1921 г.

Село Мехонка, Жирякову
Военная, не в очереди¹¹

Из Екатеринбурга № 7333/ар
Принята 26.02.1921
Екатеринбург, 26 февраля. [В] Шадринск высылаются 27 [февраля] следователи Иглин, Золотов. Конфискации, произведенные местными властями, можете отменять, где это необходимо. Округом издан приказ об организации комиссии по рассортировке пленных, вам надлежит дать своего представителя. Права комиссии — производит отбор: часть должна передаваться с материалами трибуналу и другая часть — укомтруда. Трибунал должен работать [в] полосе боевых действий. Право судебной расправы принадлежит только трибуналу. Срочно сообщите, где находятся железнодорожные проездные билеты. № 2 701.
Пред[седатель] ревт[рибунала] ПриурВО

Пятков

Помета: «Отвечено. 28.02.[1921]».
Д. 6. Л. 10. Телеграфный бланк. Рукопись. Карандаш.
№ 8
Предписание Н.В. Жирякова военно-политическому комиссару боевого участка
209-го стрелкового полка войск ВНУС¹² Заостровских принять меры против
мародерства красноармейцев полка

[Не ранее 27 февраля 1921 г.]

Военкому 209-го полка

В РВТ ПриурВО неоднократно поступают заявления о том, что кр[асноармей]цы вверенного вам полка, находящиеся в районе Шадринского – Ялуторовского уездов, арестовывая лиц, вернувшихся от бандитов и вообще замешанных в восстании, в большинстве случаев занимаются самообмундированием, т.е. снимают с арестованных одежду, а взамен отдают им свою, чем дискредитируют советскую власть, т.к. среди арестованных попадаются совершенно невинные бедные крестьяне, которых по опросу приходится из-под стражи освобождать, а потому РВТ предлагает вам немедленно с получением сего сделать распоряжение всем частям вверенного вам полка, чтобы впредь при арестах подобного рода явлений не повторялось⁶.
Лиц, замеченных в нарушении отданного вами распоряжения, немедленно арестовывать и направлять в трибунал.
Об исполнении сообщить.
Пред[седатель] тр[ибунала]
Сек[ретарь]
Д. 6. Л. 36. Черновой автограф. Карандаш.
№ 9
Выписка из приказа № 1
военно-политического комиссара боевого участка
209-го стрелкового полка войск ВНУС Заостровских
о запрете красноармейцам отбирать одежду у арестованных¹³

27 февраля 1921 г.

Секретно
Оперативно-политический

с. Белозерское
§ 1 Мною замечено, что при производстве [обысков] некоторыми частями в районе боевого участка, отдельными отрядами и при всякой производимой чистке от контрреволюционеров и кулаков, командиры и стрелки и при всяком производстве арестов отдельных лиц, вернувшихся от бандитов и вообще замеченных в восстании, в большинстве случаев занимаются самообмундированием, т.е. снимают с арестованных одежду, а взамен таковой отдают свою, чем дискредитируют распоряжения советской власти, т.к. среди арестованных имеются совершенно невинные крестьяне бедного состояния, которых по выяснению революционному трибуналу приходится из-под стражи освобождать, ввиду чего приказываю: всем комиссарам, командирам, политрукам строго следить за таким явлением. Упразднить и внушить всем, в противном случае арестовывать и препровождать мне.
Подлинный подписал
Военно-политический комиссар
боевого участка и военком 209-го полка

Заостровский

Верно:
Секретарь

Евсеев

Д. 6. Л. 34–35. Копия. Рукопись. Чернила.
№ 10
Письмо Н.В. Жирякова Н.С. Пяткову об организации
карательной работы против участников восстания¹⁴

3 марта 1921 г.

Тов. Пятков! Хотел сначала написать краткий доклад, да обстоятельства этого не позволили, а потому я постараюсь в этом полуофициальном, полутоварищеском письме обрисовать то положение, в каком приходится работать, и то, что нами сделано.
21 февраля после долгих мытарств по железной дороге мы добрались до гор. Шадринска, где я встретил помкомвойска¹⁵ тов. Васильева⁷, возвращающегося с фронта, от него я и получил более-менее правильные сведения о существовавшем тогда положении: во-первых, штаб стоял в с. Мехонском в 65 верстах от Шадринска, во-вторых, в с. Мехонском находится до 100¹⁶ арестованных бандитов, кроме того, надо указать, что от Васильева же были сведения о том, что на местах, т.е. на фронте, самосуды и конфискации приняли обычный характер: все это вместе взятое заставило меня принять решение не развертывать работы в Шадринске, а двигаться ближе к прифронтовой полосе, несмотря на то, что в Шадринске находилось до 400 арестованных, но для того, чтобы вообще не страдало дело, я оставил военследа Малых в Шадринске, дав ему в помощь двух уполном[оченных] политбюро, а сам с остальными товарищами поехал в Мехонку.
Интересно также отметить, что при разговоре с завполитбюро выяснилось, что на имеющихся в Шадринске арестованных никакого следственного материала нет, за исключением списков арестованных коммунистов бандитами да разных мелких записок в куче и нерассортированных. Вот при каких обстоятельствах и материалах пришлось открыть следственную работу в Шадринске, да еще к тому же не было учета арестованных, а среди последних (как выяснилось впоследствии) была масса арестованных, на 50 % заложников, ненадежных лиц из волости, не принимавших участия в восстании.
По приезде в с. Мехонское арестованные начали прибывать, и вскоре число их возросло до 400, то же самое – без всякого [следственного] материала, аресты производились по селам и деревням, занятых бандитами, и кому только не лень, тот и арестовывал, а за что? Неизвестно. Три дня допросов арестованных пятью человеками (мной, Спицыным, Тихановым, Колеговым и еще одним коммунистом) никаких материалов не давали, арестованные ни в чем не сознавались и клубок оказывался нераспутанным, нитку найти не могли, если арестованные указывали на какую-либо личность, то по справкам она оказывалась расстрелянной местными организациями без всякого суда и следствия, а таких расстрелянных в одном с. Мехонском было человек около 60, вот и поработай. Для того чтобы все это прекратить, пришлось мне бороться и с местными организациями, и коммунистами, которые до того распустились, что начали расстреливать по личным счетам, из-за самоснабжения и проч. Характерно указать на [такой] случай: один из арестованных был освобожден сотрудник[ом] особотдела¹⁷, но его в ту же ночь двое коммунистов арестовали, повели расстреливать, да совсем-то не пристрелили, он и приполз в село. Здорово? Все это вместе взятое наводило на население панический страх, а арестованные, боясь самосуда, не сознавались. Тов. Пятков, всей той безалаберщины и хаотичности и не описать так быстро, но из вышеизложенного кое-что поймете и будете иметь представление.
Мной были приняты следующие меры: вызвал местных ответственных работников к себе и определенно конкретно им заявил, что если еще будут продолжаться самовольные расстрелы, конфискации, грабежи, мародерство (с арестованных снимали шубы, валенки, отбирали деньги и т.п.), то человек двух-трех из них предам суду и расстреляю. Это немного прекратило безобразия, может, этот шаг был и неправильный, но что сделать, пусть потом самого судят.
В отношении арестованных сделал так: посадил среди них языка (шпика), который на другой же день узнал из разговоров двух н[ачальни]ков отрядов, с этого и начали распутывать и в течение четырех дней выяснили главных бандитов, помимо этого я всем местным организациям разослал предписание о представлении в 3-дневный срок списков лиц, активно принимавших участие в восстании, что дало благоприятные результаты, и следствие сразу двинулось вперед гигантскими шагами.
Район деятельности я охватил большой: от самого Шадринска до р. Тобола, волостей двадцать четырех уездов (Шадринского, Курганского, Ялуторовского и Тюменского), на 150 верст кругом, в два дня этот район объехал до села Белозерского (на берегу р. Тобола Курганск[ого] у[езда], на карте есть), дал соответствующие указания местным коммунистам, как надо арестовывать, кого и как вести следствие, и когда мы будем продвигаться вперед, то у нас будет иметься кой-какой материал и суд будет на месте, арестованные не будут перегоняться с места на место, для чего мной совместно с ревкомами в некоторых волостях заставлены работать народные следователи и судьи.
Узнав по телеграфу от Малых, что у него дело не двигается вперед, я 1 марта приехал в Шадринск и вот что сделал: всех арестованных, не участвовавших в восстании, приказал немедленно освободить и направить в Комтруд, на остальных составить подробные списки по волостям, запросив в срочном порядке с мест материалы, и думаю, что дело и у него пойдет быстро. Судить буду группой по волостям. Наказание приблизительно будет следующее: всех активных расстреливать, на остальных: кулаки – конфискация имущества, за исключением предметов первой необходимости и домашнего обихода, а на население волостей, принимавших косвенное участие в восстании, будет наложена контрибуция от 100 000 до 500 000 рублей, в тюрьмы и концентратки⁸ сажать не буду. Если такая карательная политика будет правильная, подтвердите телеграфом.
Среди зажиточного крестьянства в деревнях замечается массовый¹⁸ прилив в коммуны и ячейки – что-то будет? Боясь ответственности за содеянное, они хотят в этих организациях спастись.
После судов 12 волостей в с. Мехонском перееду в с. Брылдинское¹⁹, затем в Белозерское и т.д., [следуя] за штабом.
Сегодня от упарткома²⁰ дали члена Трибунала тов. Орлова, что за человек, не знаю, сегодня же выезжаю в с. Мехонское и открываю суд.
Сообщите, где работает Погорелов и как у него идет работа.
С коммун[истическим] приветом,

Жиряков

Резолюция: «Тов. Мушакову. Соверш[енно] секретно. Информация. Пятков 11.03.[1921]».
Помета: «Вх[одящий] № 64. 15.03.[19]21».
Д. 8. Л. 33–35. Автограф. Карандаш.
№ 11
Телеграмма Н.С. Пяткова Н.В. Жирякову о согласии
с письмом Н.В. Жирякова от 3 марта 1921 г.²¹

11 марта 1921 г.

Вне всякой очереди
В Мехонское, Жирякову²²

Из Екатеринбурга, № 4164
Принята 11.03.1921
Екатеринбург. [С] докладом согласен, только осторожнее [с] конфискациями. Тюменская [губерния] отошла обратно [в] Сибирь²³. Вам надлежит закончить необходимую работу [в] местностях ПриурВО, где оперировали банды, дабы внести приговорами должное осознание происходившего, доканчивайте только наиболее важные [и] срочные судебные дела. Возвращайтесь [в] Екатеринбург. Погорелов возвратился. [С] получением телеграфьте. № 3584.
Пред[седатель] о[кружного] РВТ ПриурВО

Пятков

Резолюция: «В дело. Жиряков».
Д. 6. Л. 129. Телеграфный бланк. Рукопись. Карандаш.
№ 12
Предписание Н.В. Жирякова красноармейцам
комендантской команды об отправке в Екатеринбург
собранных по делу о Западно-Сибирском восстании
вещественных доказательств

[Не позднее 30 марта 1921 г.]²⁴

Красноармейцам комендантской команды
Реввоентрибунала Приуральского
военного округа и 1-й армии труда
тт. Слезину, Ахметзянову²⁵ и Кокорину

Предписываю вам с получением сего отправиться в гор. Екатеринбург в распоряжение председателя РВТ ПриурВО и 1-й армии труда и увезти все имеющиеся вещественные доказательства по делам бандитского восстания.
П[одлинный] п[одписал]:
Предвыездсессии РВТ ПриурВО
и 1-й армии труда

Жиряков

Верно: секретарь

Мальцев

Д. 6. Л. 140. Заверенная копия. Машинопись.

---

¹ Тунгусков Андрей Георгиевич (1888–1930) — по профессии техник-механик. Во время Первой мировой войны служил на Балтийском флоте, награжден Георгиевской медалью 4-й степени. В 1919 г. председатель Вятской губЧК, затем начальник Особого отдела ВЧК при 3-й армии. 2 ноября 1919 г. назначен вместо Я.М. Юровского председателем Екатеринбургской губЧК. Совмещал эту должность с руководством Особым отделом ВЧК при 1-й армии труда. Активно участвовал в подавлении Западно-Сибирского восстания. С осени 1921 г. полномочный представитель ВЧК на Урале. В феврале 1922 г. снят с должности и переведен руководить органами ГПУ в г. Орел. В ноябре 1922 г. исключен из партии, осужден и отправлен в феврале 1923 г. в концлагерь на Соловки. В 1930 г. расстрелян. (См.: ЦДООСО. Ф. 76. Оп. 1. Д. 4. Л. 3; ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 7. Л. 20, 25–26.)
² Парамонов Анатолий Иванович (1891–1970) — член РСДРП(б) с 1907 г. В 1919–1921 гг. председатель исполкома Екатеринбургского уездно-городского совета, Екатеринбургского губернского Совета депутатов. В 1921–1922 гг. руководил Челябинской губернской комиссией по чистке партии, затем на различных должностях в Челябинской, Уральской, Пермской и Свердловской губерниях (областях). В 1936 г. исключен из партии, арестован и приговорен к 5 годам лишения свободы. Освобожден в 1944 г. В 1944–1946 гг. старший экономист объединения «Воркутауголь». В 1946–1948 гг. экономист авторемонтного завода в г. Первоуральске. В 1948–1949 гг. начальник планово-производственного отдела «Уралшахтпроекта» в г. Свердловске. В августе 1949 г. арестован и приговорен к ссылке. В 1955 г. реабилитирован, в марте 1956 г. восстановлен в КПСС. (См.: Яркова Е.И. Анатолий Иванович Парамонов // Главы городского самоуправления Екатеринбурга: Исторические очерки. Екатеринбург, 2008. С. 164–171.)
³ Мрачковский Сергей Витальевич (1888–1936) — член РСДРП(б) с 1905 г. В 1920 г. назначен командующим войсками Приуральского, с 1922 г. — Западно-Сибирского, с 1923 г. — Приволжского военных округов. Уволен из Красной армии в ходе ее чистки от сторонников Л.Д. Троцкого. Переведен на хозяйственную работу: с 1925 г. возглавлял трест «Уралзолото», с 1927 г. — трест «Госшвеймашина» ВСНХ СССР. В 1927 г. исключен из партии за критику Сталина и приговорен к ссылке на 3 года в Северо-Двинскую губернию. По отбытии восстановлен в партии. В январе 1935 г. арестован и приговорен к 5 годам заключения. В 1936 г. привлечен к суду по делу так называемого «Антисоветского объединенного троцкистско-зиновьевского центра». Расстрелян 25 августа 1936 г. Реабилитирован 13 июля 1988 г.
⁴ Имеется в виду Шадринский уездный комитет труда — советский административный орган, проводивший трудовые мобилизации граждан, в том числе привлекавший к принудительным работам лиц, живших на нетрудовые доходы. Расформирован в 1921 г. в связи с отказом от политики «военного коммунизма».
⁵ Выездная сессия РВТ ПриурВО и 1-й армии труда под руководством члена коллегии РВТ Погорелова (в состав сессии также входили член коллегии РВТ Боев, военный следователь Соколов, секретарь РВТ Фукс и красноармейцы Каморников, Омельков, Осолодков, Пешков и Хабибуллин) выехала из Екатеринбурга в Шадринский уезд 20 февраля 1921 г., имея своей конечной целью с. Исетское Ялуторовского уезда Тюменской губернии. Провела публичные судебные заседания в с. Смолинское и с. Яутла Шадринского уезда, приговорила к расстрелу четырех человек, к лишению свободы на 10 лет — 12, к принудительным работам без лишения свободы — 48; в отношении 78 человек дело прекратила за отсутствием улик. Сравнительная мягкость приговоров объясняется тем, что главные участники восстания были уже расстреляны в ходе самосудов военными частями и местными коммунистами. В связи с тем, что Тюменскую губернию вернули в состав Западно-Сибирского военного округа и в Ялуторовский уезд направили выездные сессии РВТ этого военного округа, сессия под руководством Погорелова 20 марта 1921 г. возвратилась в Екатеринбург. (См.: ГАСО. Ф. Р-474. Оп. 4. Д. 8. Л. 38.)
⁶ Вероятно, мародерство в 209-м полку продолжало процветать, несмотря на принятые меры, так как три недели спустя, 19 марта 1921 г., начальник штаба ПриурВО К.П. Артемьев передал командиру полка приказание командующего войсками округа С.В. Мрачковского «принять самые решительные меры против этого явления, не останавливаясь ни перед чем». (См.: Сибирская Вандея… Т. 2. С. 434.)
⁷ Васильев Макар Васильевич (1889–1940) — в 1910–1912 гг. на срочной службе в царской армии, затем литейщик на Русско-Балтийском вагоностроительном заводе в Санкт-Петербурге. Участник Первой мировой войны. С августа 1917 г. член РСДРП(б). В конце 1917 г. выбран солдатами командиром 6-го Сибирского корпуса, вывел его на расформирование в г. Камышлов Пермской губернии. С февраля 1918 г. председатель исполкома Камышловского уездного Совета депутатов, начальник уездной ЧК. С июня 1918 г. командовал войсками Камышлово-Шадринского, затем Тюменско-Омского направлений Восточного фронта. С октября 1918 г. командир Сводно-Уральской, затем 29-й стрелковой дивизии 3-й армии, в январе–августе 1919 г. — Особой бригады 3-й армии. С августа 1919 г. комендант Екатеринбургского укрепрайона, начальник гарнизона Екатеринбурга. В первой половине 1920 г. помощник начальника Западно-Сибирского сектора войск ВОХР, с декабря 1920 г. — помощник командующего войсками ПриурВО. Руководил подавлением Западно-Сибирского восстания 1921 г. Уволен из Красной армии в ходе ее чистки от сторонников Л.Д. Троцкого. С августа 1926 г. управляющий отделением Сельхозбанка в г. Ирбите, с 1928 г. заместитель председателя правления Ирбитского окрпромсельхоза, с 1929 г. заведующий коммунальным хозяйством г. Свердловска, с декабря 1930 г. председатель правления Уралкоопсоюза. 26 декабря 1936 г. арестован, заключен в Верхнеуральскую тюрьму. 28 марта 1937 г. приговорен к 8 годам лагерей. Отбывал наказание в Магадане. Расстрелян. (См.: Лихачев В.К. Васильев Макар Васильевич // Биографии участников Гражданской войны на Урале. Свердловск, 1967.)
⁸ Имеются в виду пункты концентрации пленных. Согласно оперативному приказу № 12 по войскам ПриурВО от 28 февраля 1921 г., взятые в плен повстанцы направлялись в эти пункты после фильтрации представителями Особого отдела округа. (См.: Сибирская Вандея… Т. 2. С. 311–312.)

---

¹ Публикация подготовлена при поддержке РНФ (проект «Раннесоветское общество как социальный проект: идеи, механизмы реализации, результаты конструирования» № 16-18-10106).
² В данном контексте политическое бюро уездного органа ВЧК, формально входившего в милицию.
³ Слова, выделенные курсивом, зашифрованы в телеграмме цифрами и раскрыты над строкой неустановленным лицом.
⁴ Военный следователь.
⁵ Заведующий отделом социального обеспечения.
⁶ Номер приказа замазан чернилами.
⁷ Подпись неразборчива.
⁸ Датируется по содержанию.
⁹ Первый лист телеграммы утерян.
¹⁰ На документе штамп РВТ ПриурВО и 1-й армии труда.
¹¹ Так в документе, правильно: вне очереди.
¹² Войска внутренней службы.
¹³ Приказ переслали председателю реввоентрибунала Н.В. Жирякову с сопроводительным письмом от 27 февраля 1921 г. № 261. (См.: ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 6. Л. 34.)
¹⁴ См. док. № 11.
¹⁵ Здесь: помощник командующего войсками ПриурВО.
¹⁶ Здесь и далее текст подчеркнут красными чернилами одной чертой неустановленным лицом, предположительно председателем РВТ ПриурВО Н.С. Пятковым.
¹⁷ Особый отдел ВЧК при 1-й армии труда, штаб которой был дислоцирован в Екатеринбурге.
¹⁸ Здесь и далее подчеркнуто простым карандашом автором письма.
¹⁹ Так в документе, правильно: Брылинское.
²⁰ Шадринский уездный комитет РКП(б).
²¹ См. док. № 10.
²² Телеграмма прислана Н.В. Жирякову через чрезвычайного политического комиссара Мехонской волости.
²³ Вошла в состав Западно-Сибирского военного округа.
²⁴ Датируется по содержанию.
²⁵ В документе о составе выездной сессии – Ахмаджанов. (См.: ГАСО. Ф. Р-574. Оп. 4. Д. 5. Л. 28.)

 Источник: http://www.rusarchives.ru/publikacii/otechestvennye-arhivy/2566/sudit-budu-gruppoy-po-volostyam-dokumenty-gosarhiva-sverdlovskoy-oblasti-o-repressiyah-uchastnikov-zapadno-sibirskogo-vosstaniya-1921-g