Крестный путь Виктора Ардашева

Александр КРУЧИНИН, Николай НЕУЙМИН 
Екатеринбургский военно-исторический клуб «Горный щит»
Текст взят из журнала «ВЕСИ» №3 (61) апрель 2010 г.

18 января 1918 г. екатеринбургская газета «Уральская жизнь» опубликовала сообщение об убийстве общественного деятеля, видного члена Партии народной свободы, верхотурского нотариуса Виктора Александровича Ардашева. Он был хорошо известен екатеринбургскому обществу, так как здесь проживали его родные братья Александр, Дмитрий и Георгий и многочисленные племянники. Виктор Александрович в самом конце XIX века также жил в Екатеринбурге и даже временно замещал своего старшего брата Александра в должности нотариуса. И позднее, перебравшись в Верхотурье, Виктор Александрович владел в Екатеринбурге солидным деревянным двухэтажным домом по улице Водочной, 54 (ныне ул. Мамина-Сибиряка). Но мало кто из екатеринбургских знакомых Ардашевых знал, что они были двоюродными братьями большевистского лидера В.И.Ленина. Как стало известно из газеты, В.А. Ардашев был арестован новой властью, привезён из Верхотурья в Екатеринбург и при конвоировании в тюрьму убит при попытке к бегству. Судьба Виктора Александровича Ардашева стала предметом исследований только в последнее десятилетие. В 2003 г. в литературно-краеведческих записках «Уральская старина» очерк о нём опубликовал московский журналист А.П.Мурзин. К последним дням жизни В.А. Ардашева не раз обращался уральский историк, профессор И.Ф. Плотников (наиболее подробно — в монографии «Двоюродные братья В.И. Ленина (Ульянова) Ардашевы и их родословная», вышедшей в серии «Очерки истории Урала» в 2005 г.). Однако все обстоятельства его трагической гибели до сих пор не были тщательно исследованы. Председатель Верхотурской городской думы Виктор Александрович Ардашев был очень известным у себя в городе и в уезде человеком. До того как стать нотариусом, он работал мировым судьёй. Трудно назвать общественную организацию Верхотурья, в деятельности которой он бы не принимал участия. Он был председателем правления Общества взаимного кредита и председателем правления Общества потребителей, работал в Обществе попечения о народном образовании, в Общественном собрании, в Комитете помощи семьям мобилизованных и в Комитете беженцев, являлся заведующим приютом детей-беженцев и гласным уездного земства. Когда в ноябре 1917 г. пронёсся (как потом оказалось, ложный) слух о взятии А.Ф. Керенским Петрограда и разгоне большевистского Совнаркома, председатель городской думы В.А. Ардашев послал от имени думы приветственную телеграмму А.Ф. Керенскому. Телеграмма была распечатана и расклеена по Верхотурью. Естественно, что с тех пор в глазах большевиков он был опасным контрреволюционером. 25 декабря 1917 г. он был подвергнут аресту за неуплату по постановлению Совдепа штрафа в 1000 рублей и отсидел один день в тюрьме. 6 января 1918 г. в Петрограде большевики разогнали Учредительное собрание. Причина разгона была весьма проста: среди депутатов собрания большая часть оказалась отнюдь не большевиками. Власть могла ускользнуть из рук В.И.Ленина и его коллег, а они совсем не хотели с ней расставаться. Организованные петроградскими рабочими демонстрации в поддержку Учредительного собрания были расстреляны большевистскими властями. Эти события вызвали возмущение по всей России: во многих городах общественность пыталась протестовать, выступая в защиту Учредительного собрания. После появления сообщений об образовании в Москве — Центрального, а в Перми — губернского стачечных комитетов в защиту Учредительного собрания в уездном городе Верхотурье служащие всех казённых и общественных учреждений на открытых собраниях обсуждали вопрос об организации местного стачечного комитета. Вскоре он был создан. 9 января по Верхотурью были расклеены листовки, призывающие к проведению стачки. Они были подписаны председателем стачечного комитета, лидером местной организации Партии народных социалистов В.Я. Бахтеевым и товарищем председателя, конституционным демократом В.А. Ардашевым. В ответ на это исполком Верхотурского уездного Совета рабочих и солдатских депутатов счёл «необходимым в корне пресечь их преступную против народа деятельность». Во исполнение этого решения председатель Верхотурского совета Б.В. Дидковский 14 января приказал граждан В.Я. Бахтеева и В.А. Ардашева немедленно арестовать и отправить под охраной в екатеринбургскую тюрьму «впредь до ликвидации здесь всех возможностей предполагаемой забастовки против власти Советов». В этот же день арестованные были отправлены в Екатеринбург, в распоряжение областного комиссара юстиции И.И. Голощекина, с просьбой содержать их в тюрьме. На следующий день, 15 января, В.Я. Бахтеев заболел, и арестантов разделили. Со станции Екатеринбург-I В.А. Ардашев сначала был доставлен на Покровский проспект (ныне улица Малышева), в особняк Поклевского-Козелл, где в то время размещались исполком Уральского областного Совета и штаб Красной гвардии, и оказался в руках начальника штаба и начальника отдела по борьбе с контрреволюцией при исполкоме матроса П.Д. Хохрякова. После некоторых формальностей П.Д. Хохряков направил арестованного в следственную комиссию, указав, что «препровождается известный реакционер-саботажник Ардашев». Арестанта вывели из особняка Поклевского-Козелл, провели через Каменный мост, налево по Механической улице (ныне ул. Горького) и доставили на Главный проспект, в особняк Севастьянова, где размещалась следственная комиссия. Рассмотрев сопроводительные бумаги, председатель комиссии Я.М. Юровский отправил обвиняемого в контрреволюции В.А. Ардашева в городскую тюрьму, где он и должен был содержаться под стражей впредь до особого распоряжения комиссии.

Виктор Александрович Ардашев с детьми. 

Фото из фонда ЦДООСО.

В хождениях по советским учреждениям незаметно прошёл весь день, и уже вечером 15 января, в наступившей темноте, конвоиры И.С. Плаксин и М.С. Лобов повели порученного им арестанта в тюрьму. Не спеша двигаясь по правой стороне Главного проспекта, они прошли через плотину, Кафедральную площадь, миновали Волжско-Камский банк (ныне комплекс зданий МВД), дома Макаровых и Перетц. В.А.Ардашев шёл в тюрьму одетым в шубу, куртку, жилет и брюки из толстой шерстяной материи, на ногах были штиблеты с глубокими галошами. На голове у него была шапка-сибирка из оленьего меха, а в руках — подушка в наволочке, куда он сунул пару толстых непереплетённых книг «Вестника Европы». По всему было видно, что, зная тюремные порядки, он настраивался на долгую отсидку. Подойдя к Московской заставе, повернули налево, к тюрьме, прошли находящийся слева по ходу движения цирк (ныне не сохранился).
Один из конвоиров, верх-исетский красногвардеец Иван Сергеевич Плаксин позднее говорил в своей объяснительной, что часов в 8 вечера, проходя цирк, М.С. Лобов начал заворачивать папиросу, и в это время арестованный бросился бежать. И.С. Плаксин бежал за арестованным и пытался остановить его — сперва окриком, а когда В.А. Ардашев ушёл от него сажен на десять (то есть двадцать метров), двукратным выстрелом в воздух. Арестованный побежал ещё быстрее. Конвоир И.С.Плаксин закричал: «Стой, буду стрелять в тебя», — арестант не остановился. Конвоир, по его словам, выстрелил в него раз — В.А.Ардашев бросился в сторону, затем ещё раз — и арестант упал. Подбежавший конвоир застал его лежащим на спине. Всё было кончено.

Многое в этой объяснительной, составленной более девяноста лет назад, вызывает сомнения. Как мог пятидесятилетний, не очень хорошо видящий человек, тепло одетый по-зимнему, опередить вдвое более молодого конвоира? Куда он мог убежать? Домой в Верхотурье? Или к своим братьям? Его нашли бы через час, и это только усугубило бы его положение «реакционера-саботажника». Почему он не бросил подушку с толстыми книгами, когда побежал, а она будто бы вылетела у него из рук после первого в него выстрела?

Второй конвоир М.С. Лобов в своей объяснительной мало что смог добавить, так как, по его словам, когда он также бросился бежать за арестованным, у него возникла сильная одышка, и он сразу же отстал и только слышал крики «Стой!» и выстрелы. Он шёл шагом и минут через восемь-десять увидел идущего к нему И.С.Плаксина, который сказал, что застрелил арестанта, и, не возвращаясь к убитому, они пошли в исполком и штаб, к П.Д. Хохрякову, докладывать о случившемся.
В сохранившихся следственных документах указывается, что в полдвенадцатого ночи к месту, где лежало тело, подошла группа во главе с председателем следственной комиссии Я.М.Юровским и тюремным врачом И.Г.Упоровым. Начался судебно-медицинский осмотр. Тело В.А.Ардашева находилось на снегу в нескольких саженях от дороги между велодромом и Верх-Исетской заводской больницей. Он лежал на спине с разведёнными руками и вытянутыми ногами, головой на север. В протоколе были зафиксированы две раны на теле: одна, поверхностная, — на груди, вторая, смертельная, — в голову, с входным отверстием с левой стороны лба и выходным – посреди правой теменной кости. Саженях в десяти от тела нашли запачканную кровью подушку, причем наволочка и одна из книг «Вестника Европы» оказались простреленными. От подушки к месту нахождения тела шли следы ног убитого. Врач констатировал, что смерть последовала «от обширного повреждения головного мозга».
Судебно-медицинский протокол, составленный врачом И.Г. Упоровым, явно противоречит объяснительным конвоиров и вызывает новые вопросы. И главный вопрос: как у убегающего человека оказалось входное пулевое отверстие во лбу? Видимо, этот протокол, написанный независимым человеком, является единственной подлинной бумагой в материалах следствия и позволяет восстановить реальную картину гибели В.А.Ардашева. Очевидно, что конвоир намеренно убил арестанта. Он выстрелил в него дважды. Первый раз – в грудь, но В.А.Ардашев заслонился от выстрела подушкой с книгами, поэтому первая рана оказалась поверхностной, а от неё на наволочку попала кровь. Этот выстрел действительно выбил подушку из рук В.А.Ардашева. После этого он кинулся в сторону, но И.С.Плаксин догнал его и убил выстрелом в голову.
Узнав о гибели В.А.Ардашева, деятели социалистических партий Екатеринбурга потребовали от большевиков создания совместной комиссии для расследования убийства, но им было отказано. Среди представителей оппозиции было немало юристов, и они в один момент смогли бы определить истину! Правда, тогда ещё было время, когда новая власть вынуждена была считаться с общественным мнением, и поэтому комиссар юстиции И.И.Голощекин в «Известиях Уральского областного совета» от 20 января уверил жителей города, что было проведено следствие, которое доказало, что В.А.Ардашев был убит при попытке к бегству. Однако следственные документы чётко показывают, что никакого дознания не проводилось. Главный ответчик красногвардеец 4-го района Иван Плаксин, угодивший убегавшему человеку в лоб более чем с двадцати метров в темноте, не допрашивался, следственный эксперимент не проводился.
И.С. Плаксин только на два месяца пережил убитого им В.А. Ардашева. Весной 1918 г. он находился в составе уральских красногвардейских дружин, ведущих бои против оренбургских казаков. В конце марта, будучи в агентурной разведке, он был изобличён казаками и повешен как вражеский лазутчик в Верхнеуральске. Этот факт свидетельствует о том, что И.С. Плаксин был человеком не робкого десятка и мог принимать вполне самостоятельные решения. Может быть, он убил В.А. Ардашева только лишь потому, что ему надоело таскаться с арестованным? Вполне может быть, что известный своей жестокостью к офицерам и буржуям П.Д. Хохряков намекнул конвоиру, что реакционера-саботажника надо бы, как любил выражаться матрос революции, «отправить в поля елисейские». Ведь недаром конвоиры побежали в первую же очередь к П.Д. Хохрякову, чтобы отчитаться в содеянном. Как было сказано в некрологе: «Тёмная зимняя ночь и не менее тёмные души совдеповских властителей хранят в себе тайну смерти Ардашева».
Дело о верхотурских гражданах В.А. Ардашеве и В.Я. Бахтееве было закрыто в начале мая 1918 г. следующим документом, который мы приведем полностью:
«Постановление Следственная комиссия революционного трибунала г. Екатеринбурга в коллегиальном своём заседании от 3 мая 1918 г., рассмотрев дело верхотурских граждан Владимира Бахтеева и Виктора Ардашева, обвиняющихся в контрреволюционной деятельности, и принимая во внимание:
1. Что Виктор Ардашев был убит за побег при его сопровождении в тюрьму, что и установлено предварительным дознанием и судебно-медицинским протоколом.
2. По установлении же степени виновности Бахтеева комиссии ниоткуда материалу извлечь не удалось, а посему комиссия определила: дело Бахтеева и Ардашева прекратить.
И.д. председателя комиссии. Подпись не читается.
Члены комиссии. Подписи не читаются.
И.д. секретаря Ф. Бахтин.
Читал: В. Бахтеев. 1918 г. 10 мая».

Дом Поклевского-Козелл. В январе 1918 г. 

в нём располагался исполком 

Уральского областного Совета.

Дом Севастьянова. В январе 1918 г. 

в нем располагалась следственная комиссия 

революционного трибунала.

Сквер площади Коммунаров. 

Предполагаемое место убийства В.А.Ардашева.

«Не пощажу его…», или Озарение Верховского

№99 (13.10.2012)

Если Тобольск во многих рекламных проспектах позиционирует себя как «город, не убивший царя», то Екатеринбургу повезло меньше — в 1918 году именно сюда перевезли семью Романовых и расстреляли в ночь с 16 на 17 июля. Сейчас на месте дома Ипатьева, где это произошло, — Храм-на-Крови. В 17 км от Екатеринбурга, вблизи урочища Ганина Яма — монастырь в честь Святых Царственных Страстотерпцев, а в 7,5 км от него — Поросенков лог, где стоит «Мемориал Дома Романовых» — церковная и светская версии последнего приюта семьи императора. Корреспондент «УС» прошелся по Царской дороге и своими глазами увидел, что история и Вера в этих местах переплетены между собой очень тесно.

Царская дорога
Николай II, его жена и пятеро детей в 1981 году были причислены к лику мучеников Русской Православной Церковью за рубежом (РПЦЗ), а в 2000 году — канонизированы РПЦ. В дни памяти этих Святых — Царские дни — от Храма-на-Крови до монастыря на Ганиной Яме идет большой Крестный ход. В этом году он собрал около 50 тысяч верующих. Кроме того, каждое воскресенье верующие идут малым Крестным ходом от Храма во имя иконы Пресвятой Богородицы Владимирская. Именно от этого храма ведет нас с фотографом Анатолий Михайлович ВЕРХОВСКИЙ — легендарная для Екатеринбурга личность. Он геофизик, диссидент (отсидел в 80-х полтора года за исследования антихристианской сути коммунистической идеологии). С его именем связано первое моление на месте убийства царской семьи, при его участии был установлен первый Поклонный Крест на Вознесенской горке, где потом появился Храм-на-Крови. Он же установил точное расположение шахты № 7 на Ганиной Яме — места уничтожения останков семьи последнего императора России.

Кроме того, Верховский вы­яснил, где именно пролегала Царская дорога — Старый Коптяковский тракт, по которому везли царские останки к Ганиной Яме. Местами он давно застроен, но верующие стараются идти дорогой, максимально приближенной к последнему пути семьи Романовых. Благодаря исследованиям Верховского, с 2010 года путь Крестного хода был существенно скорректирован — и стал ближе к историческому.
— Старый Коптяковский тракт местами очень хорошо просматривается, — рассказывает Анатолий Михайлович. — Раньше граница Екатеринбурга пролегала по улице Расточной, в 60-х начали строить и за ее пределами. Так что восстановить эту часть пути проблемы не составляло. Однако проблемы начинались потом. Я начал искать, и в итоге нашел ответ.
У него в руках — карта северного участка Царской дороги — это 7 км от окраины Екатеринбурга до Ганиной Ямы, 3 км из которых нам предстоит пройти пешком. Эта карта создана Верховским в 2006 году на основе Google Map и обновляется им каждый год.
— Понимание того, что Вознесенская горка — святое место, пришло ко мне в 60-х годах, святости Ганиной Ямы — в конце 80-х, а то, что Царская дорога — тоже святыня, дошло до меня только в начале 2000-х. Ну, вот такой я темный, — смеется Верховский.

Поросенков лог
Согласно исследованиям Анатолия Верховского, останки царской семьи везли не совсем по старому Коптяковскому тракту, а скорее в объезд. Сейчас этот путь пролегает через кладбище, которое здесь возникло в 60-х годах прошлого века, а потом через лес выходит к железной дороге — в начале XX века она пролегала здесь же. Через этот, 185-й переезд, возили по дороге с XVIII века уголь и руду. Ганина Яма тоже была рудником — к началу XX века уже заброшенным.
Через километр находится 184-й переезд, а возле него — Поросенков лог — место, где были в 1991 году найдены останки, которые были признаны царскими и перезахоронены в Санкт-Петербурге, в Петропавловском соборе. Однако РПЦ не признает «екатеринбургские останки» мощами этих святых.
Сейчас в Поросенковом логу стоят ворота с надписью «Мемориал Дома Романовых», а за ними — покосившийся деревянный крест и пустынно. Анатолий Верховский достает свой фотоаппарат и делает несколько снимков ворот — просто так. В то, что именно здесь были захоронены останки Романовых, он тоже не верит.
— Был такой историк Михаил Покровский, он сфальсифицировал «записку Юровского», участника тех событий. Вариантов записки несколько,— излагает Верховский версию, которой придерживается. — В действительности же напротив этого переезда, метрах в двухстах, была будка стрелочника, от которой все просматривалось прекрасно. И в ту ночь, о которой идет речь в записке, возле будки находилось около 20 человек, так что незаметно захоронить здесь тела было просто невозможно.

Ганина Яма
Ганину Яму оказалось сложно отыскать — ориентиром служила деревня Коптяки, упоминавшаяся в следственных документах. Однако жители деревни в 1991 году, когда к ним на поиски прибыл автобус московских гостей во главе с писателем Владимиром Солоухиным, от общения отказывались. Проводником в итоге стал старик, который еще мальчишкой слышал от взрослых (а по другой версии — видел своими глазами), где сжигали останки. Первый Поклонный Крест на Ганиной Яме был установлен в том же году. На территории современного монастыря это место располагается недалеко от входа.
— В 1993 году, когда крест кто-то сломал, я несколько месяцев плотничал — делал новый, — рассказывает Анатолий Верховский. —
«Это была такая молитва топором — тогда у меня случилось озарение в поисках шахты № 7»
— Шахта № 7 — то самое место, где были уничтожены честные тела Царственных Страстотерпцев. Я открыл книгу генерала Дитерихса, который вел следствие по этому делу в 1918 году, и буквально сразу наткнулся на место, где говорится, что эта шахта находится рядом с выработкой длиной более ста метров. Такая выработка на территории всего рудника одна. Это и позволило найти точное место, куда поклонный крест впоследствии был перенесен.
Теперь возле креста — длинная круговая галерея, где каждый вечер проходит Крестный ход, как раз вокруг бывшей шахты № 7.
Сейчас на территории монастыря на Ганиной Яме семь храмов — по числу убиенных членов царской семьи. Первая церковь здесь была заложена 1 октября 2000 года, а 28 декабря того же года учрежден мужской монастырь.
Главный и старейший здесь — Храм Царственных Страстотерпцев. Светлана ЛАДИНА, пресс-секретарь Екатеринбургской епархии, рассказала историю его колоколов:
— Когда знаменитый уральский колокольный мастер Николай Пятков только начинал, он был воодушевлен царской темой и мечтал отлить колокола для храма, который будет построен на Ганиной Яме. И он пришел к екатеринбургскому певцу русского шансона Александру Новикову, и тот дал ему деньги на то, чтобы это осуществить. Николай Пятков отлил восемь колоколов: семь на каждого члена семьи Романовых и один общий. На общем колоколе еще отлито изображение зарубежной иконы Царственных Страстотерпцев — за рубежом в то время их уже канонизировали, а у нас еще нет. И эти колокола восемь лет стояли в студии Новикова, их переносили с места на место, пока, наконец, храм на Ганиной Яме не был построен и они не обрели свое законное место.

В выходные на Ганиной Яме в день проводится до 30 экскурсий. По словам послушника монастыря Виталия, очень много приезжает иностранцев, особенно в Царские дни. Как правило, со своими переводчиками — однако по территории монастыря для этой категории посетителей еще остались таблички на английском.
— Мы рассказываем паломникам историю семьи Романовых, а не только монастыря. Экскурсии для разных сословий проводятся разные — для генералов одно, для детей — другое. Президента пока еще здесь не было. Зато недавно приезжал буддийский монах — ему тоже провели экскурсию.
Посетителей здесь с каждым годом все больше. А к следующему году, когда будет праздноваться 400‑летие Дома Романовых, здесь готовятся основательно: для паломников уже строится гостиница, и к маю 2013-го ее должны закончить.

ФАКТЫ
Высота поклонного креста на Ганиной Яме — четыре метра. На камне рядом — слова «Не пощажу его, ибо он пережег кости царя Едомского в известь» (из ветхозаветной книги пророка Амоса). Это последняя запись в дневнике императрицы Александры Федоровны, которую спустя два часа повели на расстрел.
На территории монастыря «Ганина Яма» расположены три памятника — бюсты Николая II и императрицы Александры Федоровны, а также единственная в России мемориальная композиция, посвященная их детям.
По мнению православных, Ганина Яма — «живой антиминс». Антиминс — плат со вшитой в него частицей мощей какого-либо православного святого, без него невозможно совершение полной Литургии. Соответственно, шахта, где были уничтожены тела Царственных Страстотерпцев, считается особо святым местом, освященным Их прахом и пеплом.
Монастырь на Ганиной Яме построен из дерева, и несколько раз храмы страдали от пожаров. В ноябре 2007 года горел купол и стены храма во имя св. Иова Многострадального. 30 апреля 2008 года — церковная лавка. Самый крупный и опустошительный пожар произошел 14 сентября 2010 года. Тогда сгорел главный и самый большой храм комплекса — во имя иконы Божией Матери «Державная». От храма остался фактически только фундамент. Сейчас он отстраивается заново на том же месте. В феврале 2012-го пожар случился в игуменском доме.

Елена КИРСАНОВА
Фото: Иван КОРОТКОВ
Материал подготовлен благодаря проекту журнала «Русский Репортер»
и Екатеринбургской епархии РПЦ

Источник

Памятная доска — призыв к миру и справедливости

 Эссер Павел Евгеньевич

Родился в 1947 году в городе Карпинске Свердловской области на спецпоселении. Родители в войну были репрессированы. Окончил Киевский театральный институт по факультету экономики, организации и управления театральным делом Долгие годы работал театральным администратором и импресарио многих известных артистов. В результате нравственных исканий пришёл к решению стать священником. Окончил Теологическую семинарию в Санкт-Петербурге, рукоположен в проповедники Лютеранско-Евангелической церкви России. После переезда в Германию в 2003 году подготовил к печати книгу «От импресарио до священника...». Ранее были опубликованы отдельные её главы. Вниманию читателей предлагаются размышления, воспоминания, портреты известных людей и забавные истории.

«На месте этого дома стояла екатеринбургская лютеранская церковь» — памятная доска с такой надписью была открыта 31 октября 2002 года в центре Екатеринбурга.

Автор памятной доски скульптор Константин Грюнберг.
Фото отсюда

Когда-то на пересечении улиц Ленина и Красноармейской возвышалась лютеранская церковь св. Петра и Павла, являвшаяся подлинным украшением города. Строительство этого здания было утверждено в 1832 г. и завершилось в 1874 г. Его постигла та же участь, что и большинство лютеранских храмов в Советском Союзе. В 20-е годы прошлого столетия в нем располагался то Дом пионеров, то партийный архив. В 1950-е годы в связи со строительством большого жилого дома здание было разрушено.

На памятной доске, выполненной по проекту известного скульптора Константина Грюнберга, отлиты барельефы фасада исторической церкви, а также лики апостолов Петра и Павла. Инициатива создания памятной доски принадлежит евангелическо-лютеранской общине Екатеринбурга, а именно одному из её активных прихожан Павлу Эссеру и пастору Вальдемару Йессе.

Около 50 человек собрались на приуроченную ко Дню Реформации праздничную церемонию открытия памятной доски. Специально прибывший на торжества епископ евангелическо-лютеранской церкви Урала, Сибири и Дальнего Востока Фолькер Зайлер отметил в своем выступлении: «Христиане должны проповедовать примирение даже там, где того уже никто не ждет и не хочет. Об том и должна напоминать эта памятная доска. Не возобновление споров, не взаимные притязания, не новые упреки, а новое понимание действительности благодаря открывшемуся шансу жить в мире должны стать определяющими. Эта доска призывает нас к миру и справедливости».

Заведующий отделом по работе с общественными организациями администрации губернатора Роза Камусина передала общине поздравления губернатора Эдуарда Росселя по случаю открытия памятной доски и пожелала от его имени успехов в строительстве собственной церкви. От имени городских властей собравшихся приветствовала М. И. Михайлова, начальник отдела по связям с общественностью и религиозными организациями города. Перед собравшимися выступили председатель национально-культурной автономии немцев г. Екатеринбурга Александр Граминский и Павел Эссер. Все выступавшие были единодушны во мнении, что установка памятной доски является первым шагом на пути строительства собственной церкви. Открытие памятной доски нашло широкое освещение в местной печати и на телевидении.

Торжества завершились праздничным вечером. С докладом «Реформация, написанная заново» выступил епископ Зайлер. Молодежь общины исполнила музыкальные композиции и песнопения духовного характера. Кульминацией праздника стало выступление лауреата международного конкурса детского хора «Кантилена» под руководством заслуженного работника культуры Р Ф Альфреда Принца.

И. Селезнева, руководитель отдела по связям
с общественностью и издательско-редакционной
деятельности (газета“ Лютеранские вести»)
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------

«Евангелическо-лютеранская церковь.
Епархия Урала, Сибири и Дальнего Востока.
Всем ответственным служебным постам
г. Екатеринбурга Свердловской области.
Руководству церквей
Подтверждение

В последние годы, в период обновления общества, религиозные организации, пройдя ужасные годы репрессии, получили опять возможность беспрепятственно действовать. Многое было и останется разрушенным, другое можно привести опять в порядок. За это время свободы мы очень благодарны.

Евангелическо-лютеранская церковь потеряла пасторов и сотрудников, ставших свидетелями кровавых событий, но также здания и учреждения. Образ церкви был почти совершенно уничтожен. Но вот она опять была организована и называется ELKRAS — “Евангелическо-лютеранская церковь России и других стран”. Так она зарегистрирована в федеральном министерстве юстиции. Было очень сложно занять руководящие позиции. На территории Российской Федерации Лютеранская Церковь начала свою работу в двух друг от друга не зависящих епархиях. Резиденция епископа европейской части России находится в Москве и простирается до подножия Урала. Урал, как само имя говорит, относится к епархии Урала, Сибири и Дальнего Востока с центром в Омске. На праздник Пятидесятницы 1998 года меня, Фолькера Э. Зайлера, благословили там, в сан епископа.

Город Екатеринбург находится, так сказать, на границе между этими двумя региональными церквями. Неуверенность вначале привела к тому, что различные религиозные личности не по праву выдали себя за представителей лютеранской церкви. Велось много терпеливых разговоров, целью которых было согласование различных групп и единой церкови. К сожалению, этого не произошло до сегодняшнего дня.

Итак, мне, ответственному епископу региональной церкви Урала, Сибири и Дальнего Востока не остается ничего другого, как только назвать нами рукоположенных сотрудников, сотрудников с полномочиями духовного служения и высокопоставленных личностей с просьбой признать их за полноправных представителей Евангелическо-лютеранской церкви.

Руководителем местного прихода г. Екатеринбурга является проповедник Павел Эссер. Руководителем пропства «Урал» является пропст Август Крузе в Краснотурьинске. Также он является членом консистории ЕЛЦ в С.-Петербурге. Оба были введены и подтверждены мною, епископом епархии и г-ном проф. Кречмаром из С. Петербурга. Другие руководители церквей, консисторий или лютеранских сообществ с нами ничего общего не имеют.

Мы по праву претендуем на правопреемство конфискованной и разрушенной в 1940 году церкви. Кто хочет иного, тот поступает неправильно. Мы оставляем за собой право на судебное расследование. Для блага верующих мы стараемся прийти к миру и найти правду.

Фолькер Э. Зайлер, епископ.
-----------------------------------------------------------------------------------------------------------

«Екатеринбург. Пастор Вальдемар Йессе

В Воскресенье, 25 марта 2001 года, в зарегистрированной в прошлом году общине г. Екатеринбурга епископ Фолькер Э. Зайлер ввел в должность пастора Вальдемара Йессе. Тем самым продолжилась традиция Евангелическо-лютеранской церкви в этом городе, где спустя 150 лет после основания города в 1873 году была освящена Евангелическо-лютеранская церковь. Св. Петра и Павла. Она была закрыта после революции и экспроприирована в 1919 году. В 1940 году церковь взорвали и сровняли с землей. Сегодня на этом месте находится магазин. После 70-летнего перерыва, на Рождество 1996 года Павел Эссер, нынешний председатель Совета общины, и Август Крузе, пропст и представитель епископа в Уральском регионе, провели в Екатеринбурге первое Евангелическо-лютеранское богослужение. Новый пастор общины, Вальдемар Йессе, является выпускником Либенцельской миссии, и окончил курс теологического обучения в Германии. Он и его жена являются уроженцами бывшего Советского Союза и с готовностью откликнулись на призыв вернуться для служения в Россию. Основной задачей нового сотрудника станет развитие деятельности общины, г. Екатеринбурга, запланировано посещение близлежащих общин. Другой задачей, и это является давним намерением общины, станет приобретение собственного помещения для проведения богослужений. Введение в должность нового пастора было отмечено в общественных кругах, вызвало интерес государственных органов и телевидения.

Фолькер Э. Зайлер.

04.2001. Газета «Лютеранские вести»

-----------------------------------------------------------------------------------------------------------

Памятная Доска

П. Е. Эссер
(текст написан, и зачитан мною, на открытии доски.)

Сегодня 30 октября 2002 года — День памяти жертвам политических репрессий. Вчера в России был день траура — в память жертв теракта в Москве. Завтра, 31 октября, — День реформации, и мы открываем памятную доску на том месте, где стояла лютеранская церковь в Екатеринбурге. Это была единственная церковь в области.

Но что такое доска? Художественно оформленный кусок чугуна. Важно другое: с молчаливого согласия, под дулом пистолета у предков тех людей, которые завтра соберутся на открытие памятной доски, была уничтожена кирха. Не просто церковь, а душа народа.

Религия — душа народа. Я не говорю уж о том, что девяносто девять процентов наших священников нашли свою кончину в советском ГУЛАГе. От тех событий нас отделяет более полувека. Что стало с народом, который в России живет уже 300 лет, национальность которого —  российские немцы? Самое страшное — это человек без рода, без племени, без национальности. Политика двух государств, России и Германии, такова: ощущаешь себя немцем — уезжай в Германию; ощущаешь себя русским — оставайся в России. Но в конечном результате все зависит от людей и в частности от тех, кто соберется завтра на открытие памятной доски. Они могут решить и сделать так, чтобы народность «российские немцы» существовала и далее в России. Спасибо нашим братьям из Германии, которые помогают нам священнослужителями. Если бы не было их финансовой поддержки, не было бы и доски. Я уже не говорю о здании церкви — одна надежда на Германию: в России могут только сломать. И если с Божьего благословения суждено сохранить в России наш народ, то только через духовное и, прежде всего через религию — лютеранство в большей мере, но и через остальные религии также.

Мы открываем памятную доску в то время, когда буквально несколько дней прошло после теракта в Москве, там пострадали многие невинные люди. То же можно сказать и по поводу наших предков. Да, личной вины нет. Но есть вина людей, строивших атеистическое государство, строивших свою жизнь без Господа, без молитвы Ему, без соблюдения Его заповедей. И за это поплатившихся дорогой ценой. Пусть эта доска служит напоминанием, что все может повториться. История учит, что все повторяется. Но это зависит от нас, людей. И те из наших предков и их потомков, кто сумел простить тому времени, те нормально и достойно живут, и их большинство.

Я хочу назвать несколько имен представителей творческой интеллигенции российских немцев. Это Михаил Дистергефт, Константин Грюнберг, Альфред Принц, Юрий Штейн, Владимир Вейде — я могу еще долго перечислять список и не только деятелей культуры. Мне близко выражение: «Искусство, как ничто, соединяет людей, религия, как ничто, чистит души». Хочу помечтать о том, что вслед за памятной доской возродится здание, где наши священники будут чистить наши души.

Извините, что я много слов посвятил немцам, давно поняв, что национальность — это не то, что написано в свидетельстве о рождении, а состояние души. Просто корни лютеранства — немецкие. Человек волен выбирать, что ему ближе. Я выбрал свою веру, чего и желаю всем присутствующим. Благодарю за внимание.

Источник: http://samlib.ru

Слово об основателе Екатеринбурга генерале Виллиме Ивановиче Геннине

В.А. Винер, С.И. Ворошилин

Читающему возможно покажется странным, что основателем Екатеринбурга в заголовке назван не В.Н. Татищев, как и этому многие уже привыкли, и даже уверены, что и город должен бы носить его имя. Но, увы, В.Н. Татищев является лишь одним из нескольких основателей города. К числу основателей должны быть причислены и управляющий Уктусским заводом, первый на Урале, еще до Татищева Главный горный начальник казенных заводов Бурцев, который первым предлагал построить новый завод на р. Исети, и плотинный мастер Клеопин, который непосредственно выбрал место для строительства будущего завода. Но все же главный вклад в создание города внес генерал В.И. Геннин, который не только начал очистку территории под будущую стройку без разрешения на то, как Татищев, но добился разрешения на строительство, полностью выстроил завод и крепость, а главное добился утверждения вновь основанного города, что, как будет показано далее, было не просто. К сожалению, имя Генина в течение последних 100 лет искусственно затенялось именем Татищева, что было связано с желанием подчеркнуть, что город основан не "немцем" Генниным, а "русским" Татищевым. Это было отражением многолетней борьбы с "немецким засильем", с которым многие годы шла в России борьба. И Генин оказался несправедливой жертвой этой борьбы. Сегодня время воздать ему то, что он заслужил. 

Итак, Георг Вильгельм Геннинг, или Виллим Иванович Геннин, как он себя называл обычно в России в документах, и как его звали в России в обиходе, родился в 11(21) октября 1665 году в городке Нассау-Зиген, в Германии. Часто его называют голландцем, путая его с другим Генниным, служившим в России, но родившимся в Антверпене. Следует заметить, что он был ровно на двадцать один год старше Татищева, хотя оба они умерли в один год, в 1750 году. В 1698 году во время знаменитого "великого посольства" Петра 1 в Европу Геннин оказался приглашенным Петром в Россию в качестве артиллериста, и начинает службу в качестве фейерверкера, т.е. командира батареи. С тех пор он лишь дважды на короткое время посетил Германию и все последующие 52 года своей жизни он отдал России. Служил он хорошо и быстро повышался в чинах: в 1700 году ― поручик, в 1708 капитан, в 1706 ― майор, в 1710 ― подполковник, в 1716 ― полковник. Он отличился, как артиллерист и инженер-форти-фикатор при взятии Выборга и Кексгольма, а также при Гангуте. Здесь судьба свела его с могущественными людьми из окружения Петра Первого ― генерал-адмиралом Апраксинным, главным кораблестроителем, и графом Брюсом ― будущим руководителем Берг-коллегии.
В 1712 году началась его карьера инженера. Он достраивал Литейный двор и Пороховые заводы в Санкт-Петер6урге. После этого он был назначен Олонецким комендантом и начальником Петровских, Повенецких, Конгеозерских заводов, где оставался в этой должности в течение 10 лет.
Олонецкие заводы представляли целый комбинат предприятий, включавших мощный металлургический Петровский Завод (современный Петрозаводск), заводы по производству пушек, ядер, якорей, большую верфь в Повенце, медный завод. Генниным были восстановлены запущенные старые заводы, построены новые, налажено производство ружей, проволоки, холодного оружия. А после годовой поездки по Германии, Франции, Голландии и Англии он по-видимому впервые в России вводит на своих заводах машинное производство. Между делом он открывает минеральные воды около Олонецких заводов и создает первый в России курорт, функционирующий и в наши дни. В Олонце он впервые создал школу.
В 1719 году Петр учредил Берг-коллегию и отправил Геннина в загранкомандировку для обозрения тамошних горных заводов, составления планов и моделей. Геннин не только обозрел, но и сумел внедрить увиденные им машины, привез в Россию 16 мастеров. В марте 1722 он был произведен в генерал-майоры, и с этого времени в его жизни происходят огромные перемены.
В апреле 1722 года он был направлен на Урал, где ему было поручено разобрать конфликт между Татищевым и Акинфием Демидовыми, который возник в 1721 году во время первого приезда Татищева на Урал. Как известно, приехав тогда в Уктус с крупнейшим тогда специалистом по горному делу Блиером, который занимался таковым уже около 20 лет и неоднократно бывал на Урале ранее, Татищев самостоятельно начал попытку строительства нового завода на Исети. Но на свое обращение в Берг-коллегию он получил запрет на продолжение строительства и вынужден был его прекратить. А возникший спор с Демидовыми привел к отзыву его в Петербург и возбуждению судебного расследования.
Геннин, с одной стороны, имел указание разобраться в этом деле, а, с другой стороны, он направлялся ?для исправления железных и медных заводов", т.е. для того же дела, каким он уже 10 лет занимался успешно на Олонецких заводах и с которым не справился в своей первой поездке на Урал Татищев. Геннин очень серьезно и умело подходил к делу. Он запасся обстоятельной "инструкцией" от Берг-коллегии и от Императора, которую сам и составил. Инструкция должна была очевидно подстраховать его в последующей деятельности и обеспечить необходимыми полномочиями. Он решил спор Татищева в пользу последнего и поддержал идею строительства завода на реке Исети.
Уже в феврале 1723 года он получил разрешение на начало строительства. а в марте получил первые 10 000 рублей на проведение работ, после чего с размахом начал строительство. Он вызвал 2 батальона Тобольского полка (генерал это мог, но вряд ли удалось бы это капитану) для строительства крепости вокруг завода. А все окрестные крестьяне были привлечены к строительству самого завода. Само строительство было начало в марте, а уже в июне была получена первая продукция в цехах, не требовавших энергии воды. В сентябре река Исеть была перекрыта плотиной, а 7 (18) ноября завод был пущен полностью.
Но самой трудной проблемой было по-видимому не строительство, а утверждение его. Здесь были какие-то большие трудности. Трижды писал Геннин письма Петру, но не получал ответа. Почему-то это Геннина чрезвычайно волнует. На это указывает то, каким путем Геннин добивается утверждения. В июне 1723 года он отправил более 8 писем на эту тему, в том числе самому Петру, Екатерине, секретарю и денщику Петра, двум фрейлинам Екатерины (одна из них была сестрой всесильного Меншикова), Брюсу, Апраксину и прочим (сколько было прочих, осталось неизвестным). Одновременно Императорской чете было послано медное блюдо, изготовленное из первой меди, полученной на новом заводе. На этом-то блюде и было упомянуто впервые название нового завода ― Катеринъ Бурхъ. В письме Императрице было указано, что завод назван во славу имени ее (но не в честь нее). После такого могучего залпа нужный результат был получен. Пришли письма, одобряющие и факт строительства, и новое название, хотя оно и было дано Генниным "до Указа", и была обещана присылка Указа. Непонятно, был ли все же Указ. Во всяком случае в Тобольск Геннин прислал копию не Указа, а тех писем, которые он получил от Царя и Царицы.
После этого Геннин провел в Екатеринбургском заводе, как стал в дальнейшем именоваться Катеринъ Бурхъ целых 12 леть (следует заметить, что за все свои приезды Татищев провел здесь лишь 4 года). В новый завод был переведен Сибирский Обербергамт. Выла создана уникальная система управления всей горно-металлургической промышленностью Сибири (и Урала), казенной и частной. Система просуществовала без изменений до 1861 года, а практически до наших дней. Геннин был сторонник административной системы и противник приватизации. Всего им было построено на Урале 9 новых заводов, в том числе Ягошихинский, превращенный впоследствии в город Пермь.
Он оказался свидетелем восшествия на престол всех, кто был после Петра? Каждый раз при новой коронации он надеялся испросить перевод на службу в столицу, но каждый раз получал новые награды за успешную службу и должен был вновь возвращаться в Екатеринбург. В 1727 году от имени Петра Второго ему было присвоено звание генерал-лейтенанта (В.Н. Татищев эквивалентное воинское звание генерал-поручика и соответствующий ему чин тайного советника получил лишь в 1739 году). В 1731 году грозная Анна Иоановна пожаловала генералу Геннину знаки ордена Александра Невского и снова послала его служить на Урал. С этого времени он стал именовать себя де-Генниным. Следует иметь в виду, что тогда орден Александра Невского был единственным орденом, кроме придворного ордена Андрея Первозванного. И лишь в 1734 году он был заменен в Сибирском обербергамте В.Н. Татищевым, который, впрочем оставался тут всего лишь в течение 3 лет, после чего был переведен в Оренбургскую экспедицию.
Последние 16 лет жизни, до самой смерти в возрасте 74 лет Гениин служил членом военной коллегии и начальником оружейных заводов, имевшим единственным среди членов коллегии право доклада непосредственно Императрице. Его должность можно сравнить с должностью начальника Главного артиллерийского управления (ГАУ). За это время он внес важный вклад в реорганизацию таких крупнейших оружейных заводов ― Тульского и Сестрорецкого. Умер он 12 апреля 1750 года, оставив двух сыновей. Потомки Генина остались в России и обрусели (однако, род его пресекся уже в начале прошлого века). Да и сам Виллим Иванович всю жизнь говорил и писал по русски, хотя и не без акцента.
Если кратко подвести итоги богатой деятельности Вилима Ивановича на благо России, то они сводятся к созданию Российской горной и металлургической и оружейной промышленности, к созданию системы управления всем комплексом предприятий, занятых в этих областях. Он оставил объемистый фолиант: " Описание Сибирских заводов", переизданный в 1937 году. Книга включает содержательные описания заводов, природного их окружения, геологическую характеристику мест, множество чертежей и описаний технологии XVIII века. Незаслуженно забыт этот человек.
Ну а как же В. Н. Татищев? А какой же он вклад внес, по сравнению с Генниным? Его вклад тоже велик. Он основал Оренбург и Орск. Но главный его вклад в жизнь страны ― это его участие в создании русской истории. И этот его вклад уникален. Как администратор он оказался менее удачлив. Успешной карьере мешала излишняя самоуверенность. В результате он 4 раза смещался с должности и трижды привлекался к судебной ответственности. У него явно не было того умения, бюрократического опыта, которые обнаруживал Геннин. Да и связей таких, как у Геннина, который знал лично и Императора с Императрицей и многих лиц из их окружения, у Татищева не было.

источник

Мёртвые говорят живым

| Кладбища Екатеринбурга

Символика надгробий старого Екатеринбурга

Александр Филимонов

Еще совсем недавно старые кладбища Екатеринбурга представали посетителям безобразными свалками мусора. В годы строительства коммунизма предполагалось, что неухоженные, безобразные надгробия свидетельствуют об усиленной атеистической работе среди местного населения, и городские власти не очень-то торопились с наведением порядка на кладбищах. В ХХ веке были уничтожены наиболее выдающиеся как в плане истории, так и архитектуры комплексы старых екатеринбургских некрополей (“городов мертвых”): Успенское кладбище, располагавшееся в ограде Ново-Тихвинского женского монастыря, Лютеранско-католическое и старое Еврейское кладбища, Рязановское старообрядческое кладбище. Можно сказать, что более-менее нетронутым с конца ХIХ века вплоть до наших дней сохранился комплекс Мусульманского кладбища, где и теперь можно увидеть изукрашенные вязью арабских букв мраморные надгробные плиты конца ХIХ — начала ХХ веков. На некоторые из них сторожа Мусульманского кладбища указывают как на надгробия когда-то широко известных в городе татарских купцов Агафуровых.

С уничтожением Успенского кладбища мы потеряли возможность посетить места захоронений таких выдающихся екатеринбуржцев, как врач А.А. Миславский, архитектор М.П. Малахов, географ, экономист и историк Н.К. Чумпин. Не меньшей потерей для нас, людей, живущих в конце ХХ века, является уничтожение других исторических кладбищ города. Чем для наших современников могут быть интересны частично сохранившиеся до наших дней старинные некрополи, располагающиеся на территории Ивановского и Михайловского кладбищ? Кроме надгробия первооткрывателя россыпного золота на Урале Льва Брусницина, чей прах покоится на Ивановском кладбище невдалеке от Центральной аллеи, можно назвать еще несколько сохранившихся до наших дней надгробных памятников людям, сыгравшим более-менее заметную роль в истории Екатеринбурга конца ХIХ — начала ХХ веков. Среди таковых фотограф Николай Терехов и купец Арсений Телегин, Городской голова Василий Кривцов и епископ Григорий Яцковский, в двадцатые годы ХХ века избранный митрополитом и ставший главою церкви, не признавшей время митрополита Сергия (будущего патриарха) местоблюстителем Патриаршего престола. В то же время, старинные надгробия людей, не сыгравших никакой видной роли в истории города, могут очень много рассказать нам, живым, о том, как екатеринбуржцы конца ХIХ — начала ХХ веков воспринимали неотвратимость своего смертного часа и горечь утраты близких людей. Они свидетельствуют нам, как сто лет назад жителям нашего города виделся смысл их земного существования. Пока мы не уничтожили до конца старинный некрополь, располагающийся на территории нашего города, для нас, живущих, сохраняется возможность учиться у наших предшественников мудрости жизни.

Посетителю старинных кладбищ бросается в глаза высокий художественный уровень надгробий конца ХIХ века. Многие из них (надгробия купцов Телегиных и Ермолаевых, коннозаводчика Федулова и супруги чиновника Императорской гранильной фабрики Турышева) привлекают внимание посетителей кладбища тщательной проработкой деталей (изящный растительный и геометрический орнамент, изображение кистей и складок тканей, маленькие личики серафимов и святых). Некоторые надгробия (например, кованый крест над могилой екатеринбурженки Анны Исаковой на Михайловском кладбище) являются ярким примером искусства уральских кузнецов. Создается впечатление, что многие надгробия создавались не столько для того, чтобы служить напоминанием о жившем когда-то человеке его близким родственникам и потомкам, но и чтобы привлекать своим внешним видом внимание совершенно посторонних людей. Для мещан Екатеринбурга конца ХIХ века не было характерно выставлять богатство и обеспеченность в той же степени, как это было свойственно эпохе “Золотого века” Екатеринбурга. Главным материалом для надгробий, устанавливавшихся во второй половине ХIХ века на Ивановском и Михайловском кладбищах, оставался мраморизированный известняк — камень, часто встречающийся в окрестностях города. Весьма редко здесь можно встретить другие, более качественные сорта мрамора, а о применении в отделке надгробий таких пород, как родонит, яшма или малахит, что, по воспоминаниям старожилов, было характерно, например, для Рязановского старообрядческого кладбища, — трудно даже подумать. Главным для тех, кто заказывал надгробия и их создавал, оставалось подчеркнуть святость и особую символическую значимость места, где покоятся бренные останки человека. Человеку, ушедшему из жизни, предстоит возвращение к жизни на земле — вот то, что старинные надгробия пытаются своим видом сказать посетителям некрополей конца ХIХ — начала ХХ веков.

Значительная часть старинных надгробий представляет собою обелиски, отстроенные в виде маленьких часовенок или церквушек. Обелиски иного рода представляют собою гранитные кубы, сверху перекрытые двухскатной крышей и являют идею “последнего пристанища”, дома, в котором бренные останки человека сохраняются до времен Воскрешения из мертвых. Довольно часто крыша над местом положения в землю бренных останков человека напоминает крышку древнегреческого или древнеримского саркофагов. В античном мире смерть представлялась бесповоротной. Человек, душа которого уходила в Царство теней, умирал раз и навсегда. Вера в будущее возвращение мертвых к жизни на земле утверждает себя у народов Европы с распространением Христианства. Над подобиями саркофагов древних греков на старых некрополях Екатеринбурга некогда возвышались каменные кресты – символ победы жизни над смертью и тлением.

В чисто смысловом плане крест, как символ вечной жизни, резко контрастирует в этих надгробиях со своим основанием. На этом контрасте построена главная идея этих надгробных памятников: близким родственникам умершего кажется, что смерть навсегда похитила из этого мира родного им человека, но Вечная жизнь — жизнь на Небесах — незримо торжествует над тлением.

Среди старинных надгробий, воплощающих идею “последнего пристанища”, в наши дни каким-то особым, внутренним светом и умиротворением выделяется памятник над могилой Павлы Герасимовны Ермолаевой на Ивановском кладбище. Он выполнен из мраморизированного известняка в форме маленького русского резного терема, под крышей которого мы видим изображение Недремлющего Ока Господня с расходящимися от него треугольником лучами света. Чуть ниже мы замечаем выемку, в которой должна была находиться икона Богородицы с младенцем. Икона не сохранилась, но на задней стенке ниши, где она располагалась, мы видим, что мастер, создавший это надгробие, черной тушью нанес контуры изображения Девы Марии. Весь обелиск в целом является воплощением в камне слов “Почила в Бозе” (“Упокоилась в Боге”).

На Ивановском и Михайловском кладбищах Екатеринбурга сохранились также весьма старинные обелиски в форме круглой в сечении колонны, которую обвивает виноградная лоза с кистями спелых ягод, тянущаяся вверх против часовой стрелки. Колонну на этих обелисках венчает маленький свод, выполненный в форме облачка. Над облачками, по воспоминаниям старых людей, водружали фигуры Ангелов. Если движение по часовой стрелке можно считать образом времени жизни человека на земле, то движение против часовой стрелки следует рассматривать образом Восхождения души умершего человека на Небо. Другое, вероятно более позднее, изображение Восхождения после смерти души на Небо — полоска (ленточка) дыма, вьющаяся вверх от пламени повернутого вниз, к земле, факела.

Одним из самых впечатляющих старинных надгробий в нашем городе является обелиск над могилой тюменского купца Князева. Основу композиции этого памятника составляет обрушившаяся в верхней части колонна, символизирующая собою человека, почившего в полном расцвете сил. К колонне прислонен крест о четырех концах таким образом, что его горизонтальная планка подымается с Юга на Север. Она, таким образом, повторяет поворот нижней планки восьмиконечного Православного креста. Если большая горизонтальная планка креста символизирует Небо, то нижняя, косая планка восьмиконечного креста являет собою образ жизни человека на земле. Всю идею монумента над могилой купца Князева можно прочитать как сообщение о том, что человек, прах которого покоится под этим памятником, в своей земной жизни воплотил идеал жизни христианина и удостоился жизни на Небесах.

Находящиеся тут же, в ограде могилы купца Князева, дешевенькие, наспех склепанные из металлических труб восьмиконечные кресты, установленные над умершими в годы советской власти, выделяются разнообразием подходов в плане “куда какую палочку поворачивать”. Здесь у восьмиконечных крестов мы видим то косую среднюю планку (“покосившиеся небеса”), то нижнюю планку не подымающуюся, а, наоборот, опускающуюся с Юга на Север (знак того, что человек шел по жизни неправедным путем). Все это — следы забвения традиционной духовной культуры в нашем недавнем прошлом. Люди просто не знали основных символов Православной веры и сооружали кресты над могилами умерших родственников, руководствуясь своими очень смутными представлениями о том, как должен выглядеть восьмиконечный крест.

Часто старинные надгробия могут представлять весьма интересную информацию о людях, захороненных под ними. Примером может служить изящный обелиск над могилой Прокопия Кривокорытова, выполненный в форме старинной русской церквушки — подобия одной из башенок храма Св.Василия Блаженного на Красной площади в Москве. Из надписей на обелиске мы узнаем, что он поставлен над могилой отца детьми покойного. Из справочника конца ХIХ века выявляется, что Прокопий Крывокорытов был водовозом. В нашем представлении водовоз — бедненький мужичонка, у которого едва-едва хватает средств прокормить кобылу, на которой он возит воду, а вот, поди-ж ты, после его смерти дети ставят над могилой отца монумент покрасивей и понарядней, чем памятник над гробом покоящегося рядом коллежского асессора!

Почти у самого алтаря храма Всех Святых на Михайловском кладбище могила Екатеринбургского Первой гильдии купца Якова Андреева. Там, где указана дата его смерти, мы читаем и год (1888), и месяц (февраль), а вот на месте числа видим аккуратненькую выемку. Создается впечатление, что этот обелиск был изготовлен накануне смерти Якова Андреева, когда ни у него самого, ни у его близких не было никакого сомнения ни в том, в каком году и даже месяце этому человеку надлежало уйти в мир иной, неизвестно было только, в какой день это произойдет. Такая подробность свидетельствует, насколько мужественно люди тогда встречали свой смертный час.

Говоря о старинных надгробиях–обелисках, сохранившихся в нашем городе, никак нельзя обойти молчанием широкое распространение надгробий в форме высеченного из камня спиленного сверху ствола дерева. Часто этот ствол является постаментом для креста, иногда каменного, иногда металлического. Появление в России “моды” на такие надгробия увязывается с проникновением в страну учения масонов. Специалисты по русской архитектуре малых форм такое надгробие (если речь идет о конце ХVIII — первой половине ХIХ века) так и называют масонским, предполагая принадлежность людей, покоящихся под ними, к одной из лож. Надгробия такого типа встречаются на Михайловском и Ивановском кладбищах Екатеринбурга весьма часто. На Михайловском кладбище (на дороге, ведущей к югу от храма Всех Святых) несколько лет назад можно было даже видеть монумент, относящийся к концу двадцатых годов ХХ века, выполненный, судя по всему, с использованием старой, дореволюционной заготовки, где в верхней части каменного пня на месте основания для креста была высечена пятиконечная звезда.

Автор статьи очень сильно сомневается насчет повального увлечения идеями масонов в среде екатеринбургских обывателей второй половины ХIХ века. То, что принято называть “масонским надгробием”, является, также, воплощением представлений о конце земной жизни (срубленный ствол дерева) как начале жизни праведного человека на Небесах (крест о четырех концах).

Вплоть до наших дней в Екатеринбурге сохранились два исключительно ярких и выразительных по своей драматичности надгробия, в основе композиции которых находится обрубленное сверху дерево. Это — надгробие Турышевых — родственников служащего Императорской Гранильной фабрики в Екатеринбурге (Ивановское кладбище) и могила жены и детей известного екатеринбургского ювелира Липина (Михайловское кладбище). Крест на могиле Турышевых, выполненный из мраморизированного известняка в форме двух, скрепленных посередине лентой деревянных перекладин, как бы прорастает из середины пня, цепко ухватившегося за землю своими корнями. На обрубленный древесный ствол сзади накинуто покрывало. Памятник напоминает нам, живым, что, подобно тому, как каждый год с таянием снежных пелен жизнь на поверхности земли начинается заново, наступит время, когда земные покровы спадут и мертвые восстанут. Каждый раз, когда я сам оказываюсь рядом с могилой Турышевых, меня поражает противостояние каменного дерева – символа Надежды на Воскресение из мертвых стоящей рядом с ним засохшей сосне. Мертвый ствол сосны, изъеденный жуками-короедами, превратился в подобие колонны в древнеегипетском храме, от основания до самого верха покрытой таинственными древними письменами. Рядом с ним — другое дерев — воплощенная в камне Весть о Воскрешении из мертвых — реальное свидетельство того, что Вера человека сильнее законов природы.

У могилы Липиных испытываешь острое ощущение трагедии человека, в течение сравнительно короткого отрезка времени пережившего смерть детей и супруги. Огромный мраморный крест о четырех концах, точно большая белая птица, раскинул свои крылья над каменным пнем, установленным над могилой А.Н.Липиной. К подножию креста, будто детеныши, “сбежались” маленькие мраморные гробики, водруженные над могилками детей, а вокруг большого пня “столпились” маленькие пенечки, на которых можно прочесть имена детей Липиных. Смерть необходима, чтобы дать место новой жизни. Для того, у кого на глазах умирают его близкие — это малое утешение. Но это — напоминание о необходимости мужественного принятия ударов судьбы. И чтобы люди помнили о том, что умерший уступает место живому, между пенечками-обрубочками на могиле Липиной были высечены тянущиеся вверх веточки с живыми листочками. Весьма часто на старинных уральских православных кладбищах мы встречаем изображение шестиконечных звезд. Никакого отношения к еврейству люди, захороненные под такого рода монументами, не имели.

Некогда над этими шестиконечными звездами возвышались кресты, до наших дней не сохранившиеся. И, иронией судеб, иудеями, захороненными, непонятно почему, на православном кладбище, в конце ХХ века предстают и бывший Гласный городской думы от сословия мещан Иван Филиппович Седомский с супругою Марией Дмитриевной и Петр Кожевников — владелец иконописной мастерской на Златоустовском проспекте (ныне — улица Розы Люксембург). Между тем, шестиконечная звезда, довольно четко обозначавшая в ту эпоху принадлежность к иудейству, являла собою символический образ “земной юдоли” — бренного мира, в котором, согласно его законам, все движется к своему неотвратимому концу. И если когда-то над этим знаком возвышался крест, то потом время превратило эти монументы в своего рода исторический парадокс. Знаменательно, однако, то, что екатеринбуржским православным мещанам не было зазорно, пусть в виде “отрицания отрицания”, метить себя знаком, обозначающим принадлежность к иудейской вере, а, значит, и обозначать на могилах своих родственников внутреннюю, глубинную связь христианства с иудаизмом.

Особо следует отметить мраморное надгробие, располагающееся на небольшом всхолмье к югу от Ивановской церкви. Оно представляет собою высеченное из камня изображение гроба, с которого спадает плат.

Данное надгробие установлено на семейном участке коннозаводчиков Федуловых, но то, что в наше время с него сорваны таблички с именем захороненного под ним человека, мешает четко констатировать, кому оно принадлежит. В Екатеринбурге сохранилось только одно старинное надгробие такого типа, но на старинных фотографиях имеется изображение такого же надгробия на Лютеранско-католическом кладбище, несколько однотипных надгробий сохранилось вплоть до наших дней на Невьянском городском кладбище. Следует отметить “натуралистичность” надгробия Федулова, детальность не только в изображении плата (проработка изображения изгибов ткани, бахромы и свисающих с плата кистей), но и в изображении самого гроба (заклепок на нем, ручек и т.д.). Такая натуралистичность создает впечатление, что перед нами не каменный монумент, а реальный гроб, оставленный на постаменте не захороненным. Современный человек, неожиданно выйдя к этому надгробию, чувствует себя так, будто перед ним разверзлась могильная яма. Нетрудно, однако, понять главную идею надгробия Федулова, в свете которой этот памятник начинает представляться совершенно по-другому. Памятник намекает на те времена в будущем, когда земля (здесь она символически передана в образе наброшенного на гроб плата) “отдаст свои гроба”, и люди воскреснут для новой жизни. Человек, живший в конце ХIХ — начале ХХ века, стоя у таких памятников, размышлял о том, что такое жизнь и какие формы она может принимать. Мне у надгробия Федулова вспоминается философская притча, сочиненная талантливым русским мыслителем начала ХХ века Василием Розановым, который земную жизнь человека, его смерть и воскресение из мертвых сравнивал с перерождением гусеницы в куколку и куколки в бабочку. Согласно такому предвидению гроб соответствует куколке. Предчувствуя это в глубине своей души, верующие люди стараются не тревожить прах усопших, подобно тому, как любое неосторожное прикосновение к куколке насекомого может повредить процессу ее перерождения в бабочку.

Старинные памятники, подобные надгробию коннозаводчика Федулова повсеместно встречаются по всей России. То, что у людей, их созерцавших, рождались мысли, подобные только что пересказанной философской притче, указывает на особое отношение наших предков к останкам своих усопших и к местам их захоронения. Сто лет назад между живыми людьми и “городами усопших” вряд ли пролегала полоса полного отчуждения и отстранения — та самая, которую не так давно мы пытались создать вокруг старых и даже новых некрополей. Скорее всего, (и именно на это указывает символика старинных надгробий) к миру мертвых наши предки относились не со страхом, а с особого рода трепетом. Трепетом перед местом, где отнюдь не вечно торжествует в своем господстве над жизнью смерть, тление и разрушение, а очень медленно, невидимо для нас, ныне живущих, происходит подготовка к Возрождению из мертвых, зачинается качественно новая жизнь.

Нам, поколениям людей, долго отрицавшим существование тонкого, непроявленного в материи плана нашей жизнедеятельности, трудно при посещении старых кладбищ уловить эти настроения и понять, как и что мертвые говорят живым.

Источник

«Бабка Боска Катербуржска»

Евгений Бирюков
Статья опубликована в газете "Главный проспект", год ?. 

Как-то мне пришлось побывать в церкви Святых Иоакима и Анны, она в Курской области. Священник тамошний освящал наш съезд российских... фотохудожников (парадокс, первые светописные изображения церковь третировала, как…. небогоугодные). Тогда же узнал, что упомянутые Иоаким и Анна — дедушка и бабушка Иисуса Христа по материнской линии. В святую команду они попали явно по-родственному. Про отцовскую семью плотника Иосифа — подробности не сохранились. Последний был как бы и ни при чем: Мария понесла, даже не лишившись девственности. Для современной медицины это всего лишь казус, а для тех лет — грех большой. Лишь позднее христианство возвело "непорочное зачатие" в ранг божий и создало культ. Матери Божьей, или Матки Боски (так по-польски, где она самая почитаемая святая). Бабке Боске (рискую так выразиться) тоже приписали чудо: всю жизнь была бесплодной, а потом вдруг родила, в 75 лет. Впрочем, все это я мог узнать и в Екатеринбурге: оказывается, польский костел, что когда-то стоял у нас на стыке улиц Вознесенской и Покровской (Карла Либкнехта и Малышева, остатки его еще долго маячили в послевоенное время), был освящен в честь зачатия той самой Анны.

Лютеранская церковь, г.Екатеринбург

Поляков в городе было заметно. Бывшие ссыльные (после восстаний 1832 и 1863 годов) со временем они здесь прижились, завели семьи, особняки, дошла очередь и до костела: римско-католическая ветвь христианства (поляки принадлежат к ней) в России была признанной, как и ее соперники протестанты-лютеране (преимущественно немцы). Тем более, что у последних уже стояла кирха во имя Святого Петра, на углу Главного проспекта и Солдатской улицы (или Ленина-Красноармейская, на том месте -дом с магазином "Подарки"). И внешне и внутренне это было довольно скромное заведение (что и требовало их вероисповедание) Поляки облюбовали место через дорогу, на близлежащей площади (где сейчас Оперный театр) и обещали здание "...в изящном готическом стиле для красы города". Отцы-управители все-таки решили расселить иноверцев и отвели другое место.
В 1880 году строительство началось, в 1884-м закончилось. Средства собирали сообща, но всего насчитали…1000 рублей. Остальные 19 тысяч добавил Альфонс Фомич Поклевский-Козелл. Он, король винной продукции Урала, уже известен был как большой меценат: за собственный счет построил "латинскую" (католические книги — на латыни) церковь в Омске, там тоже было польское гнездо. Получилось и в Екатеринбурге, Преподнес храму большой напрестольный серебряный крест. Был избран церковным старостой. Освящение первого на Урале римско-католического костела началось 4 октября 1884 года в 10 часов утра. На торжестве были представители греко-российского (православного) вероисповедания, протестанты и лютеране, англиканской церкви и "лица Моисеева закона". Так писал корреспондент "Екатеринбургской недели" и делал вывод о "братстве всех верующих в единого Бога". На каждом из трех алтарей (кроме Анны уважили еще Марию и Иоанна Крестителя) было отслужено по обедне (было и три ксёндза). На хорах (вверху) пели под аккомпанемент фисгармонии любители — г-жи Котелянская и Кронеберг и г-да Давыдов и Федоров. Присутствующие, естественно, оценили и великолепие икон в честь Матки Боски, "бабки" ее и старшего "брата Христова" по вере. Корреспондент отметил также холодный каменный пол, но уточнил, что "готовят ковер во всю церковь". В планах: "всю церковную ограду засадить деревьями, а именно боярышником, тополями и сиренью и сделать вокруг храма дорогу для гуляющих,... и доставить известное удобство для детей граждан, где в летние дни найдут чистую тенистую аллею для прогулок".

Польский костёл г.Екатеринбург, 1885 г.

Костел быстро стал популярным. Особенно с появлением органа: он притягивал любителей духовной музыки, первыми исполнителями стали: Станислав Хыб и Феофил Красовский. Организовалось Общество пособия бедным прихожанам. Опять же под патронажем Поклевского-Козелл, уже сына, Викентия. Этот истый католик передал костелу даже один из своих домов (Гоголевская, 9), в нем поселился ксёндз Иосиф Францевич Вериго, преподаватель Закона Божьего. А прямо напротив костела (Вознесенский проспект, 1) построил свое фотоателье Флориан Лехмайер, дворянин, бывший-студент Варшавского университета (согласно визитной карточке). Но еще известно, что он как раз из ссыльных повстанцев 1863 года. В 1895 году вышло разрешение вернуться опальным поселенцам к себе на родину, но многим было уже не до этого: свое последнее пристанище они нашли на католическом кладбище в Екатеринбурге. Были свои "некрополи" и у других иноверцев.
1897 году по переписи населения Российской империи (первой всеобщей) в Екатеринбурге числилось 39745 православных, 1790 старообрядцев, 323 католика, 384 протестанта, 303 иудея, 678 магометан (всего 43239 человек населения).

Соответственно были и кладбища не только православные, но и старообрядческие. В 1807 году значится уже и "немецкое" — по дороге к Березовскому заводу, у охранного кордон-поста. В конце 1850-х годов там же появилось еврейское: был принят закон в пользу вольной оседлости в городах Урала еврейских купцов и ремесленников. До этого — "ни проездом, ни жительством". В 1860-е годы между ними вклинилось польское. Здесь надгробия были особенно красивы: мадонны, фигуры Иисуса, большие мраморные кресты. Один был в центре и возвышался как символ всего кладбища.
В 1915 году в связи с войной с Германией из Екатеринбурга выдворяли неблагонадежных прусских подданных, аукнулось и на мертвых: некоторые могилы лишились ухода. После гражданской войны именитых покойников проверили на... сокрытие ценностей. Вскоре воинствующие безбожники стали валить кресты (потом к этой акции привлекали и просто очередных "дружинников", по разнарядке).. Многие фамилии на надгробиях я разбирал уже с трудом: директор; гранильной фабрики Вейц, пивзаводчик Филитц, типограф Вурм, фабрикант Перетц, краевед Клер, фотограф. Ляхмайер... Кое-что я заснял тогда для выставки "Попранная красота".
В 1961 году было объявлено о консервации этого мемориала (на 25 лет, по закону), но уже в конце 70-х годов все оказалось снесено с лица земли: спланировали сквер перед огромным новым жилым домом (Асбестовский переулок, 7). А мог бы быть замечательный исторический экскурсионный объект, сейчас бы и потомки из-за границы поехали. Надо хотя бы место увековечить памятным крестом.
Та же участь постигла и иноверческие храмы. Их закрыли в конце 20-х годов. Костел лишили креста и шпиля. В 30-е годы сюда подселился Дом санитарного просвещения, в 40-е -складское помещение (во время войны даже хранилась часть музейных сокровищ Эрмитажа), в 50-е — автовокзал. Потом просился городской шахматный клуб...
Но вдруг сюда стали примерять памятник комиссару Ивану Малышеву (улица все-таки стала его имени) и "готические" стены снесли до фундамента. Получилась площадь перед "Центральной" гостиницей. Но "комиссара" поставили все-таки в другом месте, а здесь посеяли траву, посадили цветы, провели даже дорожки Сейчас нынешние екатеринбургские католики (их около 200) снова ставят вопрос о костеле. Говорят, и место уже выделено: на берегу Исети, у дендрария.
P.S. У меня, в общем-то, православного, по крайней мере, так крещеного, самым большим воспоминанием (уже 25 лет) остаются впечатления о костеле... Святой Анны в Варшаве: там была фотовыставка "Жизнь человека до его рождения". Шведский фотогаф Леннарт Нильсон показывал серию снимков о жизни плода в чреве матери. Чудо это без медицины, конечно, не обошлось. Но что б Святая Анна пропагандировала?!

Источник