Девиков Евгений Иванович
В прошлом руководитель специализированного информационно-вычислительного центра,
член Союза журналистов СССР.
Сегодня — к началу XXI века — прежний Екатеринбург справедливо было бы назвать городом, которого нет. Территория бывшей городской застройки планом напоминает привычную столицу Урала, но внешне и внутренне приобретает черты мегополиса. Я однако ностальгирую по старинному Екатеринбургу. С рождения прожил до пенсии и даже дольше — в родном Екатеринбурге и город мой был всегда в центре моих интересов.
Само появление среди уральских лесов могучего коплекса промышленных заводов я расцениваю, как необыкновенное чудо. Строительство начилось и продолжалось, можно сказать, синхронно, или вполне одновременно, с множеством параллельных и встречных работ откомандированного в Екатеринбург 37-го пехотного Тобольского полка.
Для надёжной жизни и эффектиывного противостояния врагу жители и солдаты новой крепости оборудовали в нужном месте пороховые погреба. В 1723 году был устроен на правом берегу реки под землёй внутри северного полубастиона крепости один похоровой погреб, а через шесть лет там же добавили второй.
 |
Тобольский солдат-пехотинец —
строитель Екатеринбурга (1723–1724 г.г). |
Поздней — уже в наше время — в конце века были в городе произведены ремонтные работы на пруду и на берегу. Вскрытие берега в районе бывшего северного полубастиона крепости показало, что помещение погреба под землёй прекрасно сохранилось, включая стены и куполовидное перекрытие. Сама земля напоминает, что запасы пороха — это страдание и смерть, а на той же земле искусство и архитектура — застывшая музыка.
Немного отступя от правой набережной улицы, известный архитектор Малахов в XIX веке построил здесь каменный дом Горного начальгика, приходившегося рядом с бывшими пороховыми погребами. Место раскопа выглядело романтично.
На акварельном рисунке В.П. Петрова (1770-1810) изображён центр Екатеринбурга, недавно провозглашенного городом. Художник написал эту картину в 1789 году.
Этой акварели на сайте litsovet.ru я посвятил подробный очерк, а в нынешней "прогулке" касаюсь лишь отдельных деталей.
Домик на возвышенном левом берегу пруда мог бы стать достопримечательностью раннего Екатеринбурга, но, судя по его возрасту - 65 лет, - казённые деревянные дома, прослужившие полвека, по примеру Санкт-Петербурга подлежали списанию. Дом, по-видимому, был казённым. В прелестном месте домик выглядел живописно. Ветшающая избушка была построена в голландском вкусе на высоком каменном подклете со светёлочкой и большим слюдяным окошком на южном фасаде, с возвышавшейся башенкой голубятни, с просторным крытым крыльцом на каменных столбах и дощатыми сходнями к пруду. Хозяйка избушки всегда встречала и провожала небольшие парусные суда, заходившие в Екатеринбург, и узнавали её по примелькавшейся голландской шапочке.
План Екатеринбургской крепости выполнен Иваном Ушаковым для генерала Геннина в 1734 году перед его отъездом в столицу на другую службу. Присмотревшись к выцветшей печати, можно различить и наблюдать с интересом, как безапелляционно спорило старое с новым. Генерал разрешил на Главном проспекте возвести крупнейший в округе храм, и оба храма — Анненский и Екатерининский — оказались на противоположных концах проспекта, словно в оппозиции. В свою очередь, вернувшийся в Екатеринбург капитан Василий Татищев с последними инструкциями от императрицы — не поощрял конфликта. Подробности вуализировались, но в архиве сохранилось жёсткое сообщение, оставленное администрацией Татищева о судьбе Аннинского храма
“З апреля 1735 года при рассуждении о строении гостиного двора велено оную церковь для очистки площади разобрать, понеже зачата не в надлежащем месте и ненадлежащею препорциею, а кирпич и камень, что от оной разобранной будет, употребить к строению канцелярии и командирского дому, что и учинено“.
На плане города 1734 года изображена церковь во славу Святой Екатерины. И там через дорогу — порядок домов, упиравшийся в берег пруда и в промежутке строений или за домами должен находиться на берегу живописный домик в голландском вкусе. Именно здесь стоял "голландский" домик с голубятней, но увидеть его на плане мешала крыша следующего дом у Шарташской дороги. Но если вспомнить акварельную картину Петрова "Екатеринбург.1789 г.", то увидим, что угловой дом был двухэтажный, в нём со двора работала слесарно-кузнечная мастерская, а во втором этаже жил прокурор.
О солдатах, занимавшихся разбоем, был учреждён пункт 185 главы 21 Военного артикула: «Колесовать и потом положить тела на колесо». Отсеченную голову казнённого солдата по приговору кригс-рехта по приказу Геннина воткнули на «спиц». Таким образом, в муках рождавшийся город умылся кровью, тем более, что спустя двенадцать лет колесо святой Екатерины стало первым символом города.
В названии «Екатеринбург» имя святой, почиталось как покровительницы горных ремесел. И генерал придерживался не лютеранства, а «голландской веры» — кальвинистской ветви протестантизма.
Генерал считал себя личным другом императора. Он в июне 1723 года отправил множество писем о проблемах Екатеринбурга, в том числе Петру, Екатерине и влиятельным инстанциям. Ответов не получил. Тогда он послал Императорской чете медное блюдо, изготовленное из первой екатеринбургской меди. На блюде было упомянуто впервые название нового завода — Катеринъ Бурхъ. В письме Императрице Геннин писал, что завод назван во славу имени ее (но не в честь нее). Сразу пришли ответы и дело завертелось на нужных оборотах.
До появления в Екатеринбурге церкви религиозные обряды в крепости исполняли служители палаточной походной церкви. Я обоснованно не нашёл в Екатеринбурге точку, которую знатоки города сочли за священное место походной церкви. Откомандированные солдаты селились на разных территориях: как в самой крепости, так и в селе Шарташ и в Уктусе. Поздней памятный знак первой екатеринбургской церкви решили установить на Главном проспекте перед входом в Нуровский сад. Там на площади стоит памятник изобретателю радио.
Мне бы хотелось получить ответ от екатеринбургских "мушкетёров", где могла находиться их воинская часть и палаточная церковь. Называть пехотных солдат мушкетерами было ещё рановато, ибо такой род войск в России введён в будущем веке императором Павлом Первым.
Кстати, нашлась у меня фотография, сделанная в 1910 году Прокудиным-Горским, чей архив после смерти фотографа выкуплен у наследников Библиотекой американского конгресса. Не уверен, что этот снимок из того закупа, ибо многие его фотографии ходили в кругу краеведов, и я получил её от увлечённейшего из них — Владимира Ивановича Третьякова. Памятный знак в честь 37-го пехотного полка и палаточной церкви строителей Екатеринбурга находился между нынешним зданием Главпочтамта и усадьбой Горной аптеки на Главном проспекте. Это совпадало с направлением, откуда вёл свой отряд разводящий с облегчённым копьём.
Старая крепостная церковь сгорела при пожаре в 1747 году. На том же месте был заложен каменный храм в 1758 году и освящён через десять лет. Судя по фотографии, памятный знак палаточной полковой церкви находился на Главном проспекте против храма Святой мученницы Екатерины.
На заключительной фотографии почти все видимые постройки либо уничтожены или, уцелев, изменили гражданский статус. Храм Большой Златоуст (справа) снесён, а потом восстановлен; каменные здания левобережья Исети стали музеем, а "снесёнка" за Святой Екатериной чуть ли век прослужила в качестве Обкома партии большевиков.
